Рейдерство, коррупция в Украине, борьба с коррупцией • Национальный антикоррупционный портал «АНТИКОР»

Давид Арахамия: В Минобороны нет закупок без откатов и коррупции

Давид Арахамия: В Минобороны нет закупок без откатов и коррупции
Давид Арахамия: В Минобороны нет закупок без откатов и коррупции
О том, зачем волонтеры АТО объединились в ассоциацию, какие коррупционные схемы процветают в Минобороны и как случайно не помочь сепаратисту

Основатель волонтерской платформы "Народный проект", николаевский айтишник Давид Арахамия знает, как собрать для украинской армии сотни тысяч гривень в считанные дни. В сентябре этого года он был назначен уполномоченным министра обороны Украины по вопросам закупок. В конце прошлой недели, совместно с коллегами-волонтерами, основал Ассоциацию волонтеров Украины. В интервью ЛІГАБізнесІнформ он рассказал, как ассоциация поможет координировать работу помощников фронта, что нужно менять в министерстве и благодаря каким схемам любой волонтер может купить винтовку для армии, не нарушая закон.

- Зачем волонтерам объединяться в Ассоциацию, если каждая организация отдельно достаточно эффективно работает - имеет своих доноров, свои направления работы и подшефные воинские части. Ассоциация может забюрократизировать процесс, родить массу недовольных и обиженных, которые на радость нашим врагам будут выносить различные склоки внутри волонтерского движения в СМИ?

- Основная необходимость создания ассоциации - собрать максимальный волонтерский опыт в одной структуре. Существуют сотни организаций, которые на чем-то органично специализируются, но их нужно между собой "сконнектить". Итак: первая миссия ассоциации - объединительная и информационная.

Вторая задача: я убежден, что в зимний период способность привлекать деньги от населения уменьшится в разы. Связано это в первую очередь с тем, что повышенные цены на энергоносители, то есть, зимой людям придется тратить больше денег. Плюс существует естественная утомленность. Поэтому сегодняшние противники объединения в ассоциацию остаются противниками, пока у них завтра не закончатся деньги.

 

 

Третье - за границей эффективно привлекать деньги можно только путем репрезентативного представления волонтерского движения. Я с этим столкнулся - западные доноры не очень охотно работают с отдельными фондами, чтобы не пояснять, почему помогает этим, а не другим. В Европе и США принято сотрудничать с какой-то отраслью через ассоциацию. Или через торгово-промышленную палату, если речь идет о бизнесе. Поэтому создание ассоциации - это естественный шаг любой отрасли, как только она начинает созревать. Ассоциация волонтеров - это тоже отраслевое объединение.

Также ассоциация возьмет на себя обязательство по физической защите волонтеров - этим у нас будет заниматься организация Народный тыл, ответственный - Григорий Тука. Потому что сегодня военных защищает государство, а волонтеров кроме самих волонтеров никто не защищает. И машины, бывает, отжимают, и допрашивает непонятно кто…

Еще одна важная миссия ассоциации - защита от провокаторов и чистка рядов. Сегодня все чаще выявляются псевдоволонтеры, многие из них могут быть разведчиками, сотрудниками российских спецслужб.

Согласен, при создании структуры ассоциации не обойтись без бюрократии - любой процесс регулирования бюрократичен. Но именно потому у нас и мало людей - чтобы это как-то минимизировать - ассоциацию основали всего 26 волонтерских организаций, а хотели несколько сотен. Но я представил себе собрание из нескольких сотен независимых людей с повышенным эго… вы же поймите, что волонтер стал волонтером, потому что это лидер. И когда много лидеров собираются вместе, начинаются проблемы бодания эго. А обиженные остаются после любого объединения.

- Кому принадлежит идея создания ассоциации волонтеров?

- Я, наверное, отнесу это к себе. Идея быстро нашла поддержку у других.

- Как быть с теми волонтерскими организациями, которые не захотят входить в ассоциацию? Они будут ущемлены в каких-то правах: например, доступе к государственным органам и так далее?

- Абсолютно нет. Волонтеры, входящие в ассоциацию отличаются от прочих лишь степенью влияния на процессы в самой ассоциации. Есть масса волонтеров-физлиц, которые не представляют никакие объединения, им нужно помогать и ассоциация будет это делать - делиться контактами, осуществлять поддержку. Но они не смогут ничего изменить в порядке функционирования ассоциации, так как не являются ее членами - не имеют права голоса на собраниях. В этом все отличие.

- Не будет ли ассоциация ставить обязательным условием помощи волонтерам, не вступившим в нее, требовать обязательного вступления с уплатой вступительного взноса в 3000 грн., как постановил ваш учредительный съезд, и так далее?

- Нет. Задача ассоциации - это не денег заработать. 3 тысячи вступительного взноса мы поставили только потому, что у нас пока лишь 26 организаций-участников. Со временем ежемесячный взнос, установленный для членов ассоциации, в 1 минимальную зарплату (1218 грн - ред.), будет уменьшен гривень до 200. За счет роста новых членов. Но это в дальнейшем.

- Вы сказали, что уже нажили обиженных среди волонтеров. В чем их недовольство?

- Первая обида: "почему нас не позвали?". Не уделили внимания, не поуговаривали. Вторая обида: "вы уподобляетесь власти, создаете бюрократию, вообще, зачем эти структуры… лучше бы работали". Эта такая обида, производная от первой. Но есть и те, кто конструктивно критикует и пытается разобраться. С такими можно работать. Я вообще считаю, что это будущие члены ассоциации.

Дополнительное доказательство ценности ассоциации - вчера был учредительный съезд, сегодня уже позвонили из Администрации президента. Говорят: "Мы слышали, у вас есть ассоциация. Сейчас разрабатываем новую доктрину военно-тактической медицины и, поскольку у вас есть профильный комитет, приходите в четверг на встречу, озвучьте свои предложения, сделайте презентацию".

- Как государство, по вашему мнению, должно сотрудничать с волонтерскими организациями в идеале? Чем помогать? Где не дорабатывает?

- Помогать нужно не волонтерам, а тем, кому помогают волонтеры - силам АТО и пострадавшим от боевых действий. Если бы государство дорабатывало, наверное, в волонтерском движении не было бы такой острой необходимости.

В начале войны волонтеры в довольно большой степени замещали государство. Со временем государство подтянулось 

 

 

Я согласен с утверждением, что в конечном итоге волонтеров должно стать намного меньше, просто по той причине, что государство будет способно обеспечивать всех самостоятельно. Останутся наиболее активные и сознательные волонтеры, которые возьму на себя функцию публичного общественного контроля над государством.

Уже сегодня я прошу многих волонтеров сместить свои акценты с прямых доставок на передовую к контролю над государственными поставками. Так эффективнее.

Вот, послушайте: мы как-то собрались вшестером и привлекли 170 млн. грн. для помощи АТО. Большая, весомая сумма. Я партнерам говорю: "Мы собрали такую сумму, но за это же время Министерство обороны неэффективно потратило более 20 миллиардов".

Было бы намного эффективнее иметь влияние на госструктуры - где-то в статусе советника, где-то общественным советом, где-то наблюдательным советом, может быть - и отслеживать эти процессы. Даже если удастся на 10% повысить эффективность перечисления средств - это уже будет колоссальный успех, и суммы целенаправленно направленные куда следует, будут намного выше, чем соберут волонтеры.

- Военные говорят, что если бы не волонтеры - то ничего бы не было. Что государство обеспечивает необходимым на 20%. Остальные 80% - это заслуга волонтеров. Вы согласны с такой оценкой?

- Я бы не преувеличивал. Возможно, это и правда, если речь идет об обеспечении батальонов территориальной обороны. Потому что батальоны территориальной обороны своим бюджетом относятся к ОГА, а под это там не выделены средства. Командует территориальной обороной Генштаб, а грубо говоря, кормить должна область, которой для этого не дали денег.

Наша рекомендация министру - расформировать батальоны территориальной обороны и приформировать их в частям ВСУ. В территориальной обороне, так как эти батальоны были собраны наспех, вообще отсутствует понятие службы тыла. А тыловик в армии - это ключевая должность, его готовят 5-6 лет, дольше, чем летчика. Потому что обеспечение - это сложнейшая система.

Кстати, кто еще очень плохо обеспечивается государством - это погранцы. Не все, но у нас на самых краях областей до сих пор есть забытые пограничные заставы. У них просто ничего нет - ни бронежилета, ни каски, ни обуви.

- Доводилось ли вам, как волонтеру, лично участвовать в освобождении пленных или в чем-то подобном?

- В целом нет, но была одна история, после которой я зарекся "вписываться" за людей, с которыми лично не знаком.

Однажды мне позвонил хороший знакомый и попросил помочь с поисками одного человека их Херсонской области, директора какого-то пельменного цеха. Он, якобы, некоторое время назад уехал в Россию на похороны отца на собственном автомобиле и с тех пор не выходит на связь - жена в панике, дети плачут, никто не знает, что думать. Я узнал, что этот человек выехал на автомобиле Хаммер, да к тому же с российскими номерами. Решил попробовать его отыскать.

Пограничники сказали, что через границу автомобиль с такими номерами не проходил, значит, товарищ из Херсона еще где-то в Украине. Через день оказывается, что он был задержан бойцами "Азова" в Донецкой области. Я звоню комбату "Азова", прошу отпустить, с дуру называюсь кумом этого товарища - понимал, что если назовусь знакомым знакомого, то разговора точно не выйдет. Я все еще думал, что у него просто Хаммер хотят отжать и не знают, к чему прицепиться. Я даже начинаю так полунаезжать, говорить, что "если не отпустите, я позвоню министру обороны, мы приедем и всех там построим". Комбат бросил трубку.

Утром после телефонного разговора выяснилось, что этот директор пельменного цеха сбежал из плена, ранив одно из бойцов "Азова", и вообще его задержали, потому что это оказался явный сепаратист, боец, с винтовками в багажнике своего Хаммера. Позднее я выяснил у его жены, что да, действительно сепаратист и вообще поехал не на похорон отца, а на "сафари".

В общем, я потом долго извинялся перед тем командиром "Азова", в качестве моральной компенсации отправил им дополнительную помощь. С тех пор не "вписываюсь" за незнакомых.

- Расскажите вкратце о себе: как вы дошли до волонтерской жизни?

- Я ведь беженец из Абхазии. В 1992 году, когда мне было 13 лет, наша семья была вынуждена в буквальном смысле слова бежать, в чем была одета, оставив все. А было немало - и дом и автомобили, у нас была очень обеспеченная семья - дай Бог, чтобы все так жили.

Потом мы долго скитались по России, всю юность я прожил на чужих квартирах, пока не осели в Николаеве. Формально я - гражданин Грузии, хотя с тех пор ни разу на Родине не был. Сейчас нахожусь в стадии получения украинского гражданства. 

 

Так вот, когда в этом году началась история с Крымом, я понял, что в Украине развивается тот же сценарий, что и в Грузии, что будет война. Принял решение помогать Украине, хотя была возможность уехать на работу в Хорватию, работать в IT-сфере и вообще не думать ни о чем. Но из-за того, что пережил в детстве, сегодня я не смог стоять в стороне - я бы просто не простил себе этого.

Воевать я не умею, потому решил помочь там, где эффективнее - начал с создания отдельного проекта. Создал, еще будучи в Николаеве волонтерскую платформу "Народный проект" - за первые четыре дня собрал 450 тысяч гривень. С марта занимаюсь общественной работой и волонтерской деятельностью, координирую работу других волонтеров.

- У вас на первых порах не было проблем в общении с органами власти, с чиновниками. Сейчас-то вас немного знают, но вообще эта публика идет на контакт неохотно?

- Никогда проблем не было. Я вообще удивляюсь, когда кто-то говорит о сложностях в общении с чиновниками. Скорее всего, эти люди просто не умеют здраво презентовать свою идею и не четко излагают мысли. Просто объяснять нужно правильно. Многие приходят и наезжают на чиновника: "Делайте это и это!". Я же прихожу и говорю: "На таком-то участке есть проблема, я берусь ее устранить, прошу лишь помочь в том-то и том-то. Решу проблему - отчитаюсь". И всё, никаких проблем. Так, не зная никого в государственном аппарате, я добрался до президента.

- Общаетесь с президентом?

- Конечно, у меня от него даже орден есть. Завтра (18 ноября - ред.) с группой волонтеров идем на встречу к Порошенко. Еще проблемы в общении с чиновниками могут быть, если вы приходите к ним, как "чей-то человек", или от партии - они тогда настораживаются. А так как я в этом отношении чист, и политикой в будущем не собираюсь заниматься, то мне проще.

- На парламентских выборах вам предлагали присоединиться к какому-то списку?

- Конечно, и много. Но у меня есть хорошая отговорка, чтобы никого не обидеть - отсутствие гражданства.

- После Майдана вы знали всех министров обороны. При ком волонтерам было легче общаться с ведомством - при Тенюхе, Ковале, Гелетее или сейчас, при Полтораке? При ком можно было быстрее решить вопрос?

- Я не всех знал - познакомился с Гелетеем за три недели до его отставки. С Полтораком сейчас каждый день общаемся. Личность министра, кстати, в работе с волонтерами не имеет значения. В общем, тут разницы нет.

Хоть того же Гелетея определенные группы активно сливали, он лично мне казался мужиком, который был готов все менять и реформировать. Но ему не дали даже назначить своих заместителей, он не мог элементарно уволить руководителя департамента. В общем, он был "свадебным генералом", на которого валились все шишки, а реальных рычагов влияния было немного.

 

Полторак работает в более спокойной обстановке. Плюс, у него бэкграунд лучше, он же ранее руководил учебным заведением - Академией внутренних войск в Харькове. А любой ректор - это, в первую очередь, хозяйственник. И это чувствуется в работе Полторака. Первое, что он сделал, после назначения - это взял два листа ватмана и заставил помощников нарисовать подробную схему работы министерства, со всеми связами и ресурсами. Полтораку так проще воспринимать и систематизировать информацию - это хорошо. И сейчас он на совещаниях работает с этой схемой, наклеивает там что-то, дорисовывает.

К тому же Полторак - первый министр, у которого появился компьютер на столе. Он в Интернете, сам принимает и анализирует информацию. По крайней мере можно быть уверенным, что ты пошлешь ему e-mail и он прочитает. Никто распечатанных листов с подчеркнутым текстом нынешнему министру не носит.

- Вернемся к ситуации в зоне АТО. Вы, как волонтер, имеете представление, насколько наши военные обеспечены зимней амуницией?

- Не могу ответить на этот сложный вопрос.

Армия нуждается в реформировании вещевого обеспечения, и Ассоциация волонтеров готова оказать помощь в этом процессе. Процедура госзакупок нуждается в полном пересмотре. И дело не только в бюрократических преградах, на недели задерживающих поставки. В стране банально не хватает ткани. Вот сейчас нужно 17 километров ткани для спальных мешков, а ее нет.

Я лично вижу решение проблемы во внедрении схемы давальческого сырья. Когда Минобороны будет закупать на себя ткань, фурнитуру, все остальное и нанимать сотни мелких подрядчиков для пошива. Во-первых, мы этим либерализируем рынок поставок, дадим работу мелким предпринимателям и ликвидируем монополию, что приведет к улучшению качества тех же спальников. Да и всего остального тоже.

- Минобороны предоставило волонтерам право заполнить какое-то количество вакансий в своей структуре - предложить свои кандидатуры. Как продвигается работа в этом направлении?

- Нам дали 12 вакансий - в Генштаб и профильные структуры. Я делал открытый конкурс, нанял на волонтерских началах рекрутинговое агентство для собеседований с соискателями, которых, не смотря на смешную зарплату в 1357 грн, оказалось 130 человек. Ну, правда, мы решили организовать для них фонд доплаты, для того, чтобы люди могли нормально работать. 

 

Из 130 человек были отобраны 15 кандидатов, 15-16 ноября их проверили на на полиграфе - это было мое требование. После этого три человека откололись, остальные 12 будут работать в Министерстве обороны. Завтра (18 ноября - ред.) с ними встретиться президент. Горжусь, что после жесткого отбора мы подобрали достойные кандидатуры. Это очень важно - уметь найти кадры. Мы, кстати, так нашли крутого директора экономического департамента для Минобороны - Юрия Гусева, он еще при Гелетее начал работать. Умный парень, окончил Гарвардский университет, настоящий менеджер. Он хотел уйти воевать в АТО, был замечен Александром Данилюком и мы убедили его, что с такой светлой головой можно реализовать себя на благо Украины с большей пользой.

- К информационной политике Минобороны есть большие претензии. Вы не считаете, что эту работу тоже следует отдать не людям в погонах, а более гибким и оперативным волонтерам?

- Поймите, если туда сегодня поставить хорошего пресс-секретаря, он все равно ничем не будет лучше. Там очень много связывающих по рукам и ногам инструкций и процветает мегацензура. Грубо говоря, вот мы сейчас с вами записали интервью - вы его выпустили. А если бы я был чиновником Минобороны, я бы сначала понес текст в Департамент информационной политики - его бы там почеркали, потом в контрразведку - не сказал ли я чего лишнего, потом выходные. И получили бы вы через неделю итоговый сухой не интересный текст.

- Уже пару месяцев как вы являетесь уполномоченным министра по закупкам в Минобороны. Как бы вы оценили уровень коррупции?

- Давайте, я скажу 92%. Это будет моя субъективная оценка. Реально, мне же многие обиженные люди рассказывают о различных схемах в министерстве, решив, что я какую-то функцию следователя там занимаю.

- Можете привести пример?

- Допустим, вы руководите в Минобороны каким-то направлением. Моей фантазии, наверное, хватило бы только на то, чтобы, допустим, завышать закупочные цены на что-то. А там, кроме этого, существуют обязательные откаты со всех поставок - это просто правило. Но этого мало - дальше происходит заведомое занижение качества товара. Условно говоря, если вы покупаете куртки по 500 гривень, то ставите закупочную цену в 650, а затем договариваетесь с производителем о занижении качества его дальнейших поставок, оставляя ту же цену. Соответственно, денег на производство тратится меньше, товар получается хуже, но стоит так же дорого - разница оседает в кармане поставщика и чиновника министерства.

Бывает так, что по документам произведена закупка, а реально даже ничего не производилось. Такие "поставки", как правило "попадают под Грады и сгорают без следа". То есть, вообще ничего не было, кроме документов и украденных денег.

Но тут важно отметить, что коррупция в Минобороны - это дело малого количества людей, 5% имеющих доступ к ресурсам. Но там также работает 95% честных и патриотично настроенных служащих. Это я говорю к тому, чтобы не сложилось впечатление, что там все коррупционеры. Просто коррупционеры масштабами воровства и создают этот процент, о котором я сказал. Наша задача - выявить это деструктивное меньшинство и убрать из системы.

- Нужно ли разрешить волонтерам снабжать армию не только продовольствием, медикаментами и оборудованием, но еще и оружием? Должно ли государство ради оперативности поделиться такой функцией?

- Нет, нельзя, все-таки, заменять собой государство. Это перегиб.

 

А вообще волонтеры и так уже закупают оружие. Винтовки, например. Есть прозрачная юридическая схема - приходите в оружейный магазин и говорите, что вы хотите закупить винтовки для воинской части N. Вы в магазине даете деньги, они пишут заявление на Министерство обороны о том, что готовы бесплатно предоставить винтовку для такой-то части. Потом берете это письмо, идете в МВД и получаете разрешение на приобретение и хранение оружия. Потом представитель воинской части со всеми разрешениями приезжает в магазин и забирает винтовки. Уже много винтовок 338 калибра были, таким образом, поставлены нашим военным. 

Лига


Теги статьи: Минобороны

Дата и время 19 ноября 2014 г., 19:44     Просмотры Просмотров: 2204
Комментарии Комментарии: 0

Комментарии:

comments powered by Disqus

Важные новости

Онищенко розповів, скільки Ляшко вимагав грошей за потрібні голосування Онищенко розповів, скільки Ляшко вимагав грошей за потрібні голосування 04.12.2016
Стало відомо чому Ляшко підскочив до президента після голосування за призначення Шокіна генпрокурором Подробнее
МВД опубликовало имена и фотографии полицейских, погибших в Княжичах МВД опубликовало имена и фотографии полицейских, погибших в Княжичах 04.12.2016
МВД обнародовало данные пяти полицейских погибших в перестрелке в селе Княжичи близ Киева. Подробнее
loading...
Загрузка...

Наши опросы

Если бы выборы в Раду проходили сегодня, кого бы вы поддержали?












Показать результаты опроса
Показать все опросы на сайте