АНТИКОР — национальный антикоррупционный портал
Киев: -1°C
Харьков: -2°C
Днепр: -1°C
Одесса: 0°C
Чернигов: -3°C
Сумы: -3°C
Львов: 2°C
Ужгород: 6°C
Луцк: 1°C
Ровно: 0°C

Павел Фельгенгауэр: Россия готовится к трем войнам одновременно

Павел Фельгенгауэр: Россия готовится к трем войнам одновременно
Павел Фельгенгауэр: Россия готовится к трем войнам одновременно

Сколько российских военнослужащих могут быть задействованы в учениях «Запад-2017» в Беларуси, зачем Россия наращивает бюджет своих вооруженных сил и для каких войн готовит свою армию, в интервью «Народной Правде» рассказал российский военный обозреватель Павел Фельгенгауэр.

Дорога в объезд Украины

— В этом году России заканчивает строительство железнодорожной линии в обход Украины. Насколько это опасно, какие преимущества она дает для ВС РФ?

— Там достраивается рокада – параллельный фронту обходной путь. Обход нужен для маневрирования силами, в первую очередь бронетанковыми. Железная дорога необходима для быстрого маневра вдоль линии фронта. Там есть ответвления на Белгород и Ростов. Сейчас дорога пересекает территорию Украины, по части Луганской области, которую Россия не контролирует.

— Когда ее достроят?

—  Эта каскада стратегически важная. По официальным данным рельсо-шпаловую решетку должны уже закончить в августе. Но есть и другие сведения. Иностранные военные мне говорили, что закончат к октябрю.

— Как официально объясняют необходимость строительства?

— Чтобы возить русских людей в Сочи без заезда в Украину. Но реально, конечно же,  для маневра бронетанковых и других сил, которые традиционно передвигаются по «железке» еще с советских времен. Дороги в СССР были дрянные, а железные дороги функционировали нормально. Для маневренной войны против Украины дорога имеет важное значение, чтобы не гонять технику через Волгоград. Танки не передвигаются на большие расстояния своим ходом, поэтому у нас есть железнодорожные войска, которых во многих странах нет.

Три войны

— Есть еще учения «Запад-2017», сколько там будет войск?

— Это нужно смотреть по аналогии. В прошлом году были стратегические военные учения «Кавказ-2016», основные действия проходили в Крыму и на Северном Кавказе. Там официально было объявлено, что будет 12 тысяч участников. Потом Герасимов (начальник Генштаба РФ Валерий Герасимов – «Народная Правда») назвал цифру в 120 тысяч. После Сергей Шойгу (министр обороны РФ, — «Народна Правда») сказал, что участвовало 223 тысячи. Герасимов объявил, что 12 тысяч – это только те, кто на полигонах занимались боевой стрельбой. Во время учений «Кавказ-2016» на эту стрельбу истратили больше 500 тонн боеприпасов, что много. Так что это очень растяжимое понятие. Для официальных целей могут объявить 12 тысяч, а в действительности их в 20 раз больше. Но речь идет абсолютно обо всех участниках учений, контрактниках и призывниках.

Если учения «Запад-2017» будут больше, то, вероятно, там будет под 300 тысяч участников. В принципе это даже хорошо.

— Почему?

— После учений начнется демобилизация. С 1 октября начинается новый призыв, в ноябре отслуживших срочников демобилизуют, а дембеля, как известно, уже не очень готовы что-либо делать. Осенью дембель, большая ротация, плохая погода, идет новый призыв – это где-то 130-140 тысяч человек. Боевая готовность снижается, в том числе и у батальонно-тактических групп постоянной готовности. Там хоть и есть контрактники, но там есть и значительная часть призывников. В самих учениях нет ничего плохого. Но такая большая концентрация и мобилизация войск вызывают тревогу. Посмотрим.

— У России большой военный бюджет, как дальше будет развиваться российская армия?

— У нас некоторые документы засекречены, но есть и открытая информация, даже официальные заявления. Например, было заявление Николая Патрушева, секретаря Совета Безопасности РФ. Суть заявления – Россия готовится к возможности ведения трех войн одновременно.

— Речь идет о локальных войнах?

— Нет. Если американцы говорят, что они должны вести две или полторы войны одновременно, то у России другое представление. Первая война — это антитеррористическая операция. Это как Сирия, где используется сравнительно ограниченный контингент. Вторая война — это локально-региональный конфликт. Например, воевать в Сирии и начать серьёзную войну против Украины. Третья — ведя антитеррористическую и локально-региональную войну, РФ должна быть готова к глобальной ядерной войне.

— Как бы угрозой ядерной войны прикрывать две другие войны?

— Возможность вести глобальную ядерную войну должна сдержать более сильные мировые державы от вмешательства в нашу антитеррористическую операцию или локально-региональную войну. Поэтому создаются спецназы и авиация, которые могут участвовать в антитеррористической кампании. Создаются силы общего назначения для ведения локально-региональной войны. И силы ядерного сдерживания для ведения глобальной войны. Эти три боевые задачи надо выполнять сразу.

Возвращение в Средневековье

— Говорят, что современные армии идут к «аристократизации».  Что это такое?

— Это в мире так говорят. Суть «аристократизации» войны в том, что война превращается не в массовое занятие для крестьян и горожан, которых отрывают от основного вида деятельности, а становится делом профессиональных военных. Их меньше, но они очень хорошо подготовлены, используют дорогое вооружение, дорогую подготовку и экипировку. Это не «дешевый» советский солдат в кирзаках, ватнике и с автоматом.

Переход к «аристократизации» —  это еще переход к затяжным войнам. Война может длиться долго. Американцы в Афганистане воюют 16 лет.

— Почему происходит переход к затяжным войнам?

— Потому что массовая армия – это массовая мобилизация и война. Людей нужно демобилизовать, в противном случае, если миллионы людей будут находиться «под ружьём», упадет вся экономика. Поэтому войну ведут кастовые военные. В России такая тенденция заметна в меньшей степени, но это общемировая тенденция. Это примерно, как в Средневековье или в эпоху Бронзового века, когда воевали профессиональные военные, а быть рыцарем было очень дорого. Этот процесс сегодня можно наблюдать.

— Какая в этом тренде судьба общего призыва?

— Это зависит от того, какие нужны силы и для чего. В Европе призыв мало где остался. Даже в Германии и странах Скандинавии от него отказались, хотя для них это было сложно идеологически. Во Франции, еще со времен Французской революции, тоже была традиция, что все должны быть солдатами. Но и там отказались. В англосаксонских странах это было проще, там всеобщий призыв никогда особенно не приветствовали. В то же время, сейчас говорят, что призыв могут частично возобновить в Швеции и сохранился призыв в Финляндии.  Говоря, что могут и в прибалтийских странах восстановить призыв. Но это реакция на нынешнюю угрозу от России. Есть угроза – возвращаются к идее призыва.

— Как меняется значение резервистов?

— Даже в Израиле, где призыв есть, но резервисты уже не играют прежнего значения, их используют  для выполнения вспомогательных задач. Считается, что у них хуже подготовка, экипировка и вооружение. Стоимость вооружения становится настолько высокой, что большие резервистские вооружённые силы превращаются в очень дорогое и сложное «удовольствие».

В Украине призывали резервистов по волнам мобилизации. Призыв – это подготовка резервистов. В России резерв все еще носит чисто формальный характер. Потому что наши призывники практически никогда не призываются на сборы после службы в армии. Если резервисты не вызываются на сборы – пользы от них мало. Такого человека нужно полгода приводить «в чувство». В Израиле модель, когда регулярная армия должна сдержать противника, чтобы успеть провести мобилизацию, отходит. Качество резервистов недостаточно для ударных операций. Поэтому стараются перенести груз войны на регулярные бригады.

— Без регулярных сборов сложно поддерживать нормальный уровень подготовки резервистов.

— Все упираются в то, что резервистов нужно призывать на постоянные сборы, а это дорого. В РФ хотят это наладить, но никак не получается. Без регулярных сборов пользы от резервистов мало.  Конечно, можно призывать медиков, водителей или гражданских летчиков и вертолётчиков вместе с гражданскими самолетами и вертолетами, но создать так боеспособную современную бригаду сложно. Нужна экипировка, поддержка на поле боя дорогими системами, умение ими правильно пользоваться. Это большие проблемы. Но это проблема «аристократизации» войны, когда хорошо подготовленные и экипированные профессионалы, используя высокоточное оружие, сетевые системы сбора информации, могут победить противника традиционной армии середины ХХ века в соотношении один к 10 или один к 20. Как когда-то один рыцарь мог разогнать десятки крестьян с вилами.

Сегодня переходный период от массовых армий времен Первой, Второй мировой и Корейской войн, к новой модели, где будет другой характер ведения боевых действий, как в Средневековье или в эпоху Бронзового века, но на другом технологическом уровне.

Александр Куриленко


Теги статьи: Россияагрессия РоссииВоенные ученияФельгенгауэр ПавелЗапад-2017

Дата и время 24 июля 2017 г., 10:40     Просмотры Просмотров: 2930
Комментарии Комментарии: 0

Комментарии:

comments powered by Disqus
loading...
Загрузка...

Наши опросы

На чьей вы стороне в событиях под Радой?







Показать результаты опроса
Показать все опросы на сайте
0.291044