АНТИКОР — национальный антикоррупционный портал
Киев: 17°C
Харьков: 18°C
Днепр: 20°C
Одесса: 22°C
Чернигов: 15°C
Сумы: 16°C
Львов: 19°C
Ужгород: 20°C
Луцк: 19°C
Ровно: 19°C

Коломойский-Курченко: «Да забудь уже, нах..й, про эту нефть, вычти ее и считай, что это НДС ты уплатил за все это время». Аудио

Коломойский-Курченко: «Да забудь уже, нах..й, про эту нефть, вычти ее и считай, что это НДС ты уплатил за все это время». Аудио
Коломойский-Курченко: «Да забудь уже, нах..й, про эту нефть, вычти ее и считай, что это НДС ты уплатил за все это время». Аудио

23 Ноября 2014 года

Одесский нефтеперерабатывающий завод был заблокирован, чтобы предотвратить незаконный вывоз нефтепродуктов. Об этом заявил председатель Днепропетровской областной государственной администрации Игорь Коломойский, передает телеканал «Дождь».

По его словам, блокирование НПЗ состоялось по решению суда представителями прокуратуры для предотвращения тайного вывоза нефтепродуктов, находящихся под арестом. Нефтепродукты будут отправлены на склады ГП «Укртранснефтепродукт».

Коломойский рассказал, что с момента ареста с завода тайно было вывезено топливо в интересах бизнесмена Сергея Курченко, находящегося сейчас в Москве. До сих пор вывозу продукции Одесского НПЗ препятствовало руководство, ссылаясь на поломку оборудования для перекачки, однако теперь силовики решили взять ситуацию под контроль.

 «Это не наш завод и нас он не интересует, у нас есть недогруженный Кременчугский завод, а Одесский НПЗ надо закрыть, чтобы не портить экологию Одессы. Она должна быть блестящей после потери Крыма», — заявил Коломойский.

22 ноября Одесский НПЗ в был заблокирован сотрудниками милиции и прокуратуры. Их сопровождали люди в камуфляже и с автоматами, а также сотрудники компании «Укрнафта» (42% акций принадлежит группе «Приват» Игоря Коломойского). 

А месяцем ранее, точнее — 14 ноября 2014 года между Курченко и Коломойским произошел следующий разговор: 

 

Курченко: Алле, добрый вечер.

Коломойский: Алло.

Курченко: Здравствуйте.

Коломойский: Ты смеешься или шо?

Курченко: Так все говорят об этом.

Коломойский: А Куленко – это кто?

Курченко: Так, вот это – Ваш работник. Написал нам письмо, что я работаю у Игоря Валерьевича, что он заставляет меня, там, организовывать.. Там, я этому максимально препятствую, не думайте, что это я. Меня заставляют. Писал нам это вот письмо.

Коломойский: Куленко? Какой-то Куленко сказал, что он у меня работает?

Курченко: Да.

Коломойский: Куленко? А где он у меня работает, не сказал?

Курченко: Не написано там. Не знаю.

Коломойский: А он электронное письмо написал или от руки?

Курченко: Да. Электронное, в Фэйсбуке моему работнику.

Коломойский:  Я понял. Твоему работнику?

Курченко: Да.

Коломойский: Так возьми в Воле адрес, ну, что? Где, чего, как? И мы к нему.. Узнаем у него, обратимся.

Курченко: Так это не правда? Это не Вы?

Коломойский: Ну, ты смеешься или что?

Курченко: А кто это делает?

Коломойский: Какой завод у тебя захватывает для начала?

Курченко: Херсонский. Херсонскую перевалку и нефтезавод.

Коломойский: В Херсоне завод же ж Еремеева, по-моему, там был.

Курченко: Та, перевалку Херсонскую, перевалку.

Коломойский: Херсонскую перевалку я тебе говорю, кто у тебя захватывает. Ты ж в курсе дела.

Курченко: Так, а с чего это решение Одесского суда?

Коломойский: Не, там Херсонский суд, по-моему. Или решение Херсонс..

Курченко: Не, там Одесский. Одесский, Приморского района.

Коломойский: Решение Херсонского прокурора там было.

Курченко: Нет, нет, нет.

Коломойский: А захватывает, ну, давай, угадаю с двух раз?

Курченко: Кто?

Коломойский: Ну, думай, еб твою мать! Тебе зачем голова?

Курченко: Еремеев?

Коломойский: Так, первая версия. Теперь. Это промежуточный ответ. Следующий вопрос: куда должны направить продукт с перевалки?

Курченко: На перевалку к России с решением Приморского суда, потом там написано, что «передать перевалку в управление «Укртранснафте»».

Коломойский: Нет. Не «Укртранснафте».

Курченко: «Укртранснафте».

Коломойский: Нет. Ну, почитай внимательно, что там написано. Я тебя что, учить должен?

Курченко: Та, могу Вам передать решение суда, там так и написано.

Коломойский: Ты возьми его и прочитай тут сейчас при мне.

Курченко: Сейчас возьму и Вас наберу.

Коломойский: А зачем набирать? Ты возьми и прочитай.

Курченко: Оно у меня не с собой. Не перед глазами. Но все равно..

Коломойский: Ну, хорошо, чтоб ты не набирал, то потом проверишь, там написано «Укртранснафтопродукт».

Курченко:  Сейчас.

Коломойский: Алло? Перенабери меня? Плохо слышно.

Курченко: Алле?

Коломойский: Секунду. Ты всегда звонишь, когда я отправляю сообщения.

Курченко: Умм.. Как у Вас дела?

Коломойский: Алло?

Курченко: Алле.

Коломойский: Все, с тобой уже. Там же, когда отправляешь сообщение, потом надо выйти из него.

Курченко: Угу.. А потом этот следователь сегодня принес постановление о том, что с моих хранилищ товара на заводе на «Эксимнефтепродукт». А в комиссии … «Эксимнефтепродукта».

Коломойский: Давай, мы с Херсоном закончили или еще не закончили?

Курченко: В смысле закончили? Нууу.. Не вы – хорошо. А суд Приморский.

Коломойский: Сереж, ты будешь разговаривать или ты, блять, там спишь, или что ты там, блять, это самое? В носу ковыряешься.

Курченко: В смысле? Та, ну, перестаньте.

Коломойский: Ты решение суда свое посмотрел, что там? Куда передать, блять, продукт с Херсона?

 

Курченко: Алле?

Коломойский: Что с тобой? Куда ты пропал?

Курченко: Да тут… Вы так хамите – телефон не выдерживает, отключается.

Коломойский: Чтоб не хамил, давай, последовательно будем решать вопросы. Ты поставил вопрос, я на него еще не ответил. Поэтому не хамством называется, блять, прерывание разговора на самом интересном.

Курченко: Угу. Хорошо.

Коломойский: Да. Поэтому продолжаем по Херсону. Решение суда видел или не видел?

Курченко: Видел. Приморский суд Одесской области.

Коломойский: Куда передать продукт, там написано? На хранение.

Курченко: В «Укртранснетепродукты».

Коломойский: Это имеет отношение к «Укртранснафте»?

Курченко: Нет. Но имеет отношение к Продану, а Продан нам сказал, Вы попросили его.

Коломойский: Я просил? Продана?

Курченко: Он так сказал.

Коломойский: Смотри..

Курченко: Честное слово, он так сказал…. (неразборчиво)

Коломойский: Давай, Сереж, включи мозги, хорошо? Кто всегда через Новоград-Волынский работал? Что входит в систему «Укратранснефтепродукта»?

(неразборчиво)

А?

Не …. (неразборчиво)

Ты пропадать начал опять.

Алло?

Курченко: Алле. Какая-то ужасная связь.

Коломойский: Ну, ты, наверное, в движении где-то, едешь или нет?

Курченко: Нет, не, я дома.

Коломойский: А ты не можешь с домашнего набрать?

Курченко: А у меня нет домашнего.

Коломойский: Прекрасно. Если б ты был владельцем МТС, я б тебе сказал, что сапожник без сапог.

Курченко: Я не владелец МТСа пока.

Коломойский: Я тебе скажу, владелец МТСа сейчас тоже, блять, не … не интересует похоже.

Курченко: Ммм… Давай,давай..

Коломойский: Угу. Хорошо, давай заново.

Курченко: «Транснефтепродукт», узнать, кто владеет терминалом.

Коломойский: «Укртранснетепродукт». Чем владеет? Какие точки были торговые в основном? Помнишь Новоград-Волынский, например?

(неразбочиво)

Курченко: Алло?

Алло

Курченко: Это какой-то кошмар, да.

Ну, если сейчас еще раз отключится, я тебя наберу с этого, с офисного, он может не высвечиваться.

Курченко: Хорошо.Да

Коломойский:  Еще раз, Новоград-Волынский, понял, что это за система «Транснефтепродукт»? Потом Ужгородская нефте..

Курченко: Ну, да. Ну, да. Ну, да.

Коломойский: Кто работал на этих предприятиях? Даже при тебе.

Курченко: Ну.. Еремеев.

Коломойский: Ну! То есть, если груз отправляют на хранение в эти точки, а не на, допустим, какую-нибудь приднепровскую нефтебазу, то кому это..

Курченко: Маловероятно..

Коломойский: Кому пойдет и кто с ним может заниматься определенными манипуляциями?

Курченко: А зачем приморскому суду выносить такое решение, там где Палица?

Коломойский: Еще раз. У тебя какое-то превратное представление о системе власти, я не знаю, блять,  в Украине или в Одесской области, в отдельно взятой. Ты  что считаешь, что если губернатор Палица, то суды, блять, это самое? Выносят решения по тому, что говорит губернатор или что?

Курченко: Я думаю, губернатор сильно влияет на суды.

Коломойский: А губернатору, что, докладывают, сколько дел в судах и они рассматриваются какие? Как ты себе это видишь?

Курченко: Ну, я думаю, что такое дело – оно существенное. Думаю, губернатор о нем знал заранее. Даже знаю, что знал заранее.

Коломойский: Еще раз?

Курченко: Думаю, что об этом деле знал до того, как вынесли решение, и думаю, что он об этом общался с милиционером своим, и думаю, что он говорил, с ним это обсуждал, дня за три до того, как его вынесли.

Коломойский: Вот с чего ты это все взял, вот то, что ты наговорил?

Курченко: Ну, такая информация у меня. Нет, так я ж не говорю, что это Вы. Ну, просто говорю, что мне кажется что вот так… Но, могу ошибаться.

Коломойский: Я ж тебе не говорю: «мы или не мы», я тебе просто говорю: «включи мозги»! Лежит на Херсоне какое-то количество продукта, правильно?

Курченко: Угу.

Коломойский: Которое, блять, принимается решение, отправить его на хранение в «Укр..», как его? «Укртранснефтепродукт», который находился всегда под контролем , даже в самые, там, времена, когда у тебя было все нормально, даже тогда ты не мог до него добраться, там работали другие люди. Эти люди работают и сейчас.

Курченко: Угу.

Коломойский: Если продукт оправляют туда на хранение, то мы ж понимаем, для чего его туда отправляют?

Курченко: Ну, чтоб они его сперли. Зачем его еще туда отправлять?

Коломойский: Вот по дороге он где-то растворится, усушится, утрусится, еще что-нибудь, правильно?

Курченко: Угу.

Коломойский: Вот. Если там находятся люди, которые определенно  там оперировали. Мы понимаем в чьих интересах это делается? В интересах, допустим, того же Еремеева, правильно?

Курченко: Ну, вероятно. Но, так будет очевидно.

Коломойский: Теперь, чтобы это произошло надо решение суда. Ну, видно в Херсоне не получилось, пошли в Одессе. Скажи, ты понимаешь, что это миллионный город, и там находится сколько судов? В каждом районе? Восемь  районов или двенадцать районов, в каждом есть суд.

Курченко: Угу.

Коломойский: Ну, получается, ухвалу, блять, отправить и что? Губернатор, ты считаешь, в любой, вообще где-либо, контролирует вообще какие-то..? Это ж не дело рассматривают, конфисковать или не конфисковать, отдать – не отдать. Это просто ухвала, наверное, блять, где-то сдать на хранение.

Курченко: Но, мы ж понимаем, что, по сути, эта ухвала означает украсть, правильно? Мы ж понимаем, что когда его сдадут на хранение «Укртранснефтепродукту», что его, по сути, просто украдут, мы ж это понимаем?

Коломойский: Значит, делает ухвалу тот, и занимается ухвалами тот, кто контролирует точку, куда это дело отправят.

Курченко: Ну да.

Коломойский: Ну. Так к кому вопросы вот это?

Курченко: Та, не. Так, я ж, ну.. Думаете, это Еремеев?

Коломойский: У тебя вопрос куда? Не знаю. У тебя вопрос  к тому, кто контролирует «Укртранснефтепродукт».

Курченко: Угу.

Коломойский: И ты занимаешься серьезными делами. Дальше, переходим к вопросу Куленко некто. Там, где он написал в Фэйсбуке какому-то твоему, пожалуйста, более подробную информацию сбрось мне, мы его приведем прямо вот, посадим напротив меня, и он будет тебе звонить.

Курченко: Хорошо, спасибо. А, там, работники «Эксимнефтопродукта». Следователь. Постановление написано, что передать на хранение «Эксимнетепродукту».

Коломойский: Где написано?

Курченко: Сегодня следователь пришел к Марку Апштейну, вручил постановление. В этом постановлении написано: «передать товар на хранение»..

Коломойский: Нефть? Или нефтепродукты?

Курченко: Не. Нефтепродукты. Ну, нефть, нефтепродукты.

Коломойский: Нефтепродукты «Эксимнетепродукт» не может хранить  — у него нет емкостей. Он нефтью занимается им оно..

Курченко: Не, нефть, значит.

Коломойский: А?

Курченко: Нефть, значит.

Коломойский: А у тебя есть нефть на заводе?

Курченко: Ну, да.

Коломойский: Сколько?

Курченко: Ну, около сорока, кажется.

Коломойский: Ну, пиздец, значит. Не будет  теперь.

Курченко: Чего это?

Коломойский: Ну, не знаю, ну, следователь сказал, значит, заберем у тебя, блять.

Курченко: Та, ну, перестаньте.

Коломойский: А чего нет? На хуй она тебе нужна?

Курченко: Ну, зачем Вам такое делать? Я думаю, Вы такое делать не будете.

Коломойский: Ну, ты ж ее не перерабатываешь, так отдашь нам, и мы ее куда-нибудь загоним на экспорт, блять.

Курченко: Ну, так, Вы ж потом оттуда заберите. Как забрать? Как и ту нефть?

Коломойский:  Ну, следователь распорядился, так что, блять?

Курченко: Ну, я не против, только за деньги и после уплаты за ту нефть, которую Вы уже забрали.

Коломойский: У нас, смотри, никакой нефти твоей, мы ж уже к этому возвращались. Давай, мы не будем повторять пройденное.

Курченко: Так мы ж тогда  решили, что сверятся Марк и Романовский. И они встретились. Марк дал ему документы, Романовский сказал: «Я их тебе верну». И пропал. Это было в мае.

Коломойский: Мне кажется, было наоборот. Ну. Давай мы не будем возвращаться. То есть  еще что, сорок тысяч тонн нефти завалялось там еще?

Курченко: Ну, да.

Коломойский: Ну, все. Скажи, что добровольно перегрузили нам. На хуй она тебе нужна?

Курченко: Мм.. А можно мне Кременчуг, «Укрнафту» и Ваши заправки добровольно?

Коломойский: Конечно можно. Не, ну я просто..

Курченко: А куда послать юристов, чтоб переоформить?

Коломойский: Скажи, а че ты раньше не.. Марка пришлешь, мы ему все расскажем. А че ты раньше не говорил, что у тебя завалялось столько нефти бесхозной?

Курченко: В смысле, бесхозной?

Коломойский: Ну, она растаможена хоть или нет?

Курченко: Не, не растаможена.

Коломойский: Ну, так в самый раз ее как раз и на экспорт отправить.

Курченко: Так, а заплатите сначала и отправьте.

Коломойский: Мы в государственный бюджет заплатим, на хуй тебе платить?

Курченко: Не, так, налоги в бюджет, а мне за нефть. Она ж моя. Я ж ее купил.

Коломойский: Чего это она твоя? У тебя вообще все арестовано.

Курченко: Ну, в смысле? Сегодня у меня арестовано, завтра у Вас будет арестовано — это ж такое.

Коломойский: Когда у нас будет арестовано, тогда ты будешь продавать на экспорт. Сегодня мы продаем. Мы –спецэкспортер для тебя теперь.

Курченко: Слушайте, ну, арестована, это ж не значит что она не моя. Ну арестована, мало ли что арестовано.

Коломойский: Серега, что ты, шутки не понимаешь? Ты нервничаешь или что?

Курченко: Чего я нервничаю? Вообще не нервничаю..

Коломойский: Да забудь уже, нахуй, про эту нефть, вычти ее и считай, что это НДС ты уплатил за все это время.

Курченко: Та, ну, перестаньте! Отдайте Кременчуг и заправки Ваши? Мне они нужнее..

Коломойский: Та ты ж не нам! Мы ж не себе! Ты государству родному заплатил, считай, за все, что ты сделал там с двенадцатого года. Считай, что это НДС, акциз, блять. Ну, считай, что в небольшой минус попал. Ничего страшного.

Курченко: Та, ну, перестаньте.

Коломойский: А то как .. с заводом как слепая лошадь, блять. Ну, чуть-чуть заплатил налогов теперь. Считай, что это конфисковано в пользу государства.

Курченко: Слушайте, я два года молотил, думаю, раза в два, раза в три меньше, чем Вы. Каждый месяц из этих двух лет, разве нет?

Коломойский: Серега, ну, давай, ты как-то все время, ты к нам хочешь записаться. Скажи, я тебя убедил по поводу «Укратранснефтепродукта»?

Курченко: Ну, крайне вероятно. Вероятно да.

Коломойский: Теперь смотри, по поводу «Эксима», там, или «Одессынефтерподукта», если будет какое-то постановление, нам скажут, что это принять на хранение, мы примем, можешь в этом не сомневаться. Но в отличии от «Транснефтепродукта» этот продукт будет под сохранностью и мы поступим так, как решит, там, власть, или, этот самый, суд, или еще что-то. Так что ты занимайся юридическими своими вопросами и не морочь мне голову. То есть, если скажут, что ..

Курченко: Вы имеете ввиду, что..

Коломойский: Подожди, у нас есть резервуары, где мы можем это хранить.

Курченко: Так, а зачем Вам его хранить? В моем понимании это будет, что Вы у меня это украли. Ну, вот. В моем понимании это будет на сто процентов, что Вы у меня это украли.

Коломойский: Серег, послушай, но это в твоем понимании, а у нас есть закон, блять, и решение суда, там, или решение следователя. Мы не собираемся нарушать ничего. Поэтому, ты главное не переживай, что.. если оно вдруг окажется у нас на хранении, ты можешь за это не переживать, оно никуда не денется.

Курченко: Нуу… я считаю, что это просто, Вы у меня ее украли. Ну и все.

Коломойский: Ну, давай, ты что, поругаться хочешь или что? Я те говорю, государство нам пришло, блять,  и нам положило на хранение, ты че, блять, дурака валяешь?

Курченко: Так я Вам уже положил на хранение сорок девять тысяч тонн нефтей или пятьдесят девять, а потом оказалось, что их нет.

Коломойский: Смотри, мы все, что ты положил нам на хранение, мы тебе уже все отдали. У нас на хранении ничего твоего нет. Если бы оно было, блять, у нас бы давно уже все арестовали.

Курченко: Так есть же безусловные документы, которые это подтверждают.

Коломойский: Я не знаю, что у тебя за безусловные документы, у меня все документы, что мы тебе все прокачали на твой завод.

Курченко: Подождите, я понимаю, что Вы поступите, как поступите. Угу.

Коломойский: Разбирайся со своими сотрудниками. Не морочь мне голову. А по этому поводу можешь не волноваться, если нам кто-то что-то, блять, принесет на хранение и происхождение это твое, блять, ну, значит оно будет в сохранности, а вы потом определитесь, блять, чье оно на самом деле. То есть меня..

Смотри, меня об этом.. Не, не можешь. Не втягивай меня в разборки с государством.

Курченко: Та, ну перестаньте. Вы вот это смеетесь?

Коломойский: В смысле? Я не смеюсь.

Курченко: То есть, Вы не хотели, а Вас государство заставило, можно сказать понудило, хранить мою нефть. И Вы вынуждены были с этим согласиться. Вы что, издеваетесь?

Коломойский: Смотри, оно меня, во-первых не понудило. Если оно меня попросит. Я буду с удовольствием это делать.

Курченко: Но, Вы не очень хотели, но так, как оно просило, Вы согласитесь.

Коломойский: А чего.. Смотри, а какой мне резон ссориться с государством? Чего мне ему отказывать? Оно что мне, что-то плохое сделало? Мне государство ничего не сделало.

Курченко: Ну, так я Вам что плохо сделал?

Коломойский:  Если оно попросило в чем-то ему помочь, я с удовольствием помогу. Тем более для меня.. А государство..

Коломойский: Тем более, тем более, мне это вообще ничего не стоит. Я тебе скажу, что я помогаю там, где это что-то еще и стоит, но в данной ситуации вообще, блять, о чем мы разговариваем?

Курченко: Понятно. Государство попросило – это ж по форме, а по сути вы это просто у меня украдете. Мы эе это понимаем?

Коломойский: НЕ, мы это не понимаем. Серег, давай, не занимайся хуйней.

Курченко: По Вам это очевидно.

Коломойский: У мня есть к тебе предложение, давай, мы закончим. Ты сегодня не в том настроении.

Курченко: Аа..

Коломойский: Договорились?

Курченко: Какое предложение? Закончить?

Коломойский: Ну, закончим сегодня разговор, там, будешь завтра в лучшем настроении — поговорим. Я считаю, что тебе наоборот, надо было бояться, что оно попадет не в «Укртранснафтопродукт», а не попадет к нам на сохранность. Будет сохраннее. Все, давай, пока. Завтра созвонимся.

www.sergeykurchenko.com


Теги статьи: Одесский НПЗУкртранснефтепродуктКурченкоСергей КурченкоКоломойськийКоломойский

Дата и время 23 февраля 2015 г., 12:30     Просмотры Просмотров: 7860
Комментарии Комментарии: 0

Комментарии:

comments powered by Disqus
loading...
Загрузка...

Наши опросы

На чьей вы стороне в событиях под Радой?







Показать результаты опроса
Показать все опросы на сайте
0.089368