АНТИКОР — национальный антикоррупционный портал
Киев: 0°C
Харьков: 6°C
Днепр: 9°C
Одесса: 1°C
Чернигов: 0°C
Сумы: 3°C
Львов: -2°C
Ужгород: 1°C
Луцк: -1°C
Ровно: 0°C

Воины добра. Волонтер-парамедик Юрий Бондарь «Шаман»

Воины добра. Волонтер-парамедик Юрий Бондарь «Шаман»
Воины добра. Волонтер-парамедик Юрий Бондарь «Шаман»

24 мая Илья Лысенко (Хоттабыч) написал у себя на странице в фейсбуке: «Сегодня погиб боец. Сначала он был тяжело ранен. Его доставили к месту эвакуации, но ветхая техника, предназначенная для эвакуации, как раз в этот момент вышла из строя».

Его можно было спасти, если бы вовремя приехала специализированная «скорая» для транспортировки тяжелораненых — реанимобиль.

Те машины, которые находятся на балансе МО, называть «реанимобилями» трудно. Это обычные «буханки» — УАЗ-452. Они не развивают нужной скорости и часто ломаются. На дорогах, по которым приходится ездить в АТО, из строя выходят даже импортные автомобили — что уж говорить о советских, которым уже более 15-20 лет.

За год войны волонтерам-парамедикам удалось собрать на приличные реанимобили, чтобы оснастить ими команду добровольцев. Но сейчас из-за нехватки средств на дизель, еду и предметы первой необходимости для экипажа некоторые из этих автомобилей стоят на СТО.

Отдавать их на баланс ВСУ и МО не решаются; надеются, что все же благотворительные взносы на счета восстановятся, и сеть волонтерских «скорых» в зоне АТО заработает в полную силу. Ведь она зарекомендовала себя эффективнее государственной.

Тот, кто спасет

С одним из волонтеров-медиков, Юрием Бондарем по прозвищу Шаман я дважды была в зоне АТО. Первый раз у Дебальцево и в Артемовске в декабре 2015 года, в относительно спокойный период. Во второй раз в середине января, когда наши силы оставляли Донецкий аэропорт, и пришлось вывозить более 20 раненых в сутки.

Юре немного за тридцать, его худоба — предмет частых шуток в зоне АТО. Уже год его можно встретить в самых горячих точках Украины. За все это время дома был от силы 2 месяца, заезжал в разные периоды на пару дней, максимум на неделю.

Но даже дома Юрий на связи с «передком» — ему постоянно звонят оттуда. На всех блокпостах первой линии в телефоне есть номер Шамана, потому что там знают: он — тот, кто спасет и вывезет.

«Координация по поводу вывоза раненых в Министерстве обороны очень хромает», — говорит напарник Шамана, хирург из Киева Вадим. Он добровольно записался в резервисты в июле прошлого года и попал сначала в батальон Кульчицкого, а оттуда профильно перевелся в медицинскую роту им. Пирогова.

«В АТО очень большая проблема со своевременной эвакуацией раненых бойцов. Во-первых, нет для этого достаточно бронированного транспорта, чтобы можно было забирать раненых прямо во время боя. А во-вторых, военная «чиновничья машина» работает неэффективно. Слишком распылена система, в центре координации отсутствует нормальная связь между батальонами и «скорыми». Поэтому в медроте узнавал о раненых иногда поздно. А еще есть бюрократические моменты. Например, там, где идет интенсивный бой, есть только одна «скорая», а в «тихом» секторе — пять. И для того, чтобы отправить подкрепление и перейти на другой участок фронта, надо брать разрешение.

Именно во время одной из таких ситуаций я оказался в реанимобиле с Шаманом. Он ведет автомобиль, а я оказываю помощь, стабилизирую бойца, делаю все, чтобы довезти его до больницы живым и с наименьшими потерями для его здоровья.

Там, где справляются с эвакуацией раненых «скорые» ВСУ и МО, Юра не отсиживается«,- рассказывает Вадим. Сейчас он вернулся на работу в больницу в Киеве. Но в свой отпуск снова хочет вернуться в АТО, на усиление к Шаману.

Сам Юра из Львова. Его волонтерство началось на Майдане. А потом он, еще весной прошлого года, увидел, как его знакомые что-то загружают в бус — это были члены организации «Рабов в рай не пускают». «Я не из тех, кто может стоять в стороне и делать вид, что ничего не происходит», — говорит Шаман. С этого момента он поехал на фронт. Но оружие в руки решил не брать — а стать водителем «скорой помощи».

«Почему ты не хочешь стать на службу в ВСУ или МО?» — Спрашиваю я Юру. "Потому что это связывает мне руки, я не смогу делать то, что считаю нужным, и быть там, где я приношу больше пользы«,- отвечает он.

С волонтером Ольгой Башей (слева) Фото: FB

Шаман — очень прямолинейный человек. Никакая субординация не удержит его, если он хочет высказать собственное мнение. Долгое время Юра был в команде «АСАП ЭМС Хоттабыч». Более месяца назад они решили с Хоттабычем разделиться, как это когда-то случилось с Галиной Алмазовой. Разошлись в дружеских отношениях.

В его работе, если можно так назвать почти ежедневный риск своей жизнью, ничего не изменилось. Он так же дислоцируется в местах, где идут горячие бои, и вывозит раненых. Только теперь — отдельный счет и отдельные отчеты в facebook. Надо самому собирать средства на дизель, еду. Медикаменты обычно привозят другие волонтеры.

Сейчас Юра в Авдеевке, откуда и ведет свои постоянные «репортажи».

Помогает не только военным, но и гражданскому населению. 14 мая в Авдеевке при обстреле города сепаратистами был серьезно ранен ребенок. Врач попросил довезти его до больницы в Димитрово именно Шамана.

«Здесь не боятся только идиоты»

Обычно люди не очень любят ездить опасными дорогами, которые подвергаются постоянным обстрелам. В ту же Авдеевку даже миссия ОБСЕ не смогла доехать 24 мая: их служба безопасности не пустила наблюдателей, и они остановились в 20 километрах, в Камышовой.

Но это надо кому-то делать. Для этого Шаман — в зоне АТО. Он из тех, кто не боится быть на «передке».

Хотя, «не боится» — не совсем правильное слово.

Когда мы сидели под обстрелом в Водяном и ждали раненых из аэропорта, лично мне было очень страшно. Я сказала об этом Юре, ожидала услышать утешения, надеялась, что скажет, что в этом доме мы в безопасности, потому что бойцы охраняют периметр, или мы услышим, что «Грады» приближаются и успеем спрятаться. Но он ответил: «Здесь не боятся только идиоты».

А в теплое время года ездить за ранеными всегда особенно опасно. Потому что появляется «зеленка», в которой легко прятаться диверсионным группам со снайперами.

О Шамане говорят, что это тот человек, который может заехать случайно к сепаратистам, выйти, как будто ничего не случилось, попросить сигарету, сесть в машину и быстро поехать — пока они не поняли, что произошло.

И хотя о храбрости Шамана ходят легенды, от самого Юрия и тисками не вытянешь «геройских рассказов». Поэтому спрашиваю о нем Вадима.

Случалось, что его ошибочно вызывали еще до окончания боя. Он приезжал и попадал под обстрел на своем белом с красным авто — такая яркая мишень. Осколки чиркали его реанимобиль.

«Часто бывали ситуации, когда волонтерские экипажи эвакуировали большую часть раненых с Песок и Водяного. У него, в отличие от бойцов и медиков медроты, даже нет статуса участника военных действий. Он там, потому что принял для себя решение, что он там нужен. И без официального статуса делает больше работы, чем те, для кого это прямая обязанность», — говорит Вадим.

Я присутствовала, когда он с командой парамедиков из «Правого сектора» и медиками ВСУ вывозили раненых с ДАПа, захваченного в январе 2015 года так называемыми «ДНР» и «ЛНР».

Он был в горячей точке, когда забирали раненых из Дебальцево, при проведении «профессиональной спецоперации», а на самом деле — какого-то скомканного, поспешного выхода наших войск. Тогда он попрощался с коллегами из Медицинской роты. Они погибли, когда ехали вывозить раненых.

Волонтер с сыном, фото: FB

О Дебальцево вспоминаем уже в апреле, в одном из баров на Майдане Независимости. Юра — с другом Вадимом и бойцом Нацгвардии Аликом.

Алик рассказывает, что тогда, при штурме, перед выходом из Дебальцево они нашли бойца с серьезным психическим расстройством. Видимо, от него избавились в какой части — во время такой операции это бремя для всех. Группа Алика взяла его к себе в подвал. Там церемонились с ним как с ребенком — но большим, сильным и агрессивным. В конце концов его пришлось связать. Потому, чтобы успокоить, надо было не спать пятерым.

Вспоминает и относительно забавную историю, ведь юмор на фронте — в основном черный. Юра вез тела 200-х, как вдруг услышал сильный крик. Один из бойцов проснулся — накрыты, среди умерших. Подумали, что он погиб, а он пришел в сознание и ... в таком аду.

Вот такая она — обычная война ...

 

Семья Юрия Бондаря, фото: FB

За более чем год, проведенный в зоне АТО, Шаман видел многое: и «перемирие», и активные фазы, которые бойцы называют «п..дорез», видел тяжелые потери (ДАП, Дебальцево), а после разгрома 31-го блокпоста собирал останки солдат в мешок.

За это время в бортовых журналах Шамана, куда он записывает, кого, откуда и когда вывоз, — уже более 500 записей.

Обычные канцелярские тетради. Обычные имена обычных украинцев.

Имена тех, кого удалось спасти. Имена людей, которые погибли, защищая территориальную целостность государства.

Обычные имена гражданских украинцев, которые стали жертвами этой войны.

Сейчас финансовая помощь всем волонтерам и армии от народа Украины значительно уменьшилась.

«Скорые» от Минобороны значительно уступают реанимобилям волонтеров-медиков. Они не могут даже поддерживать нормальную скорость, не говоря уже о наличии в них необходимого для оказания первой помощи при тяжелых травмах.

Счет для поддержки деятельности волонтера-парамедика:

карта ПриватБанка 6762 4683 1659 7438

Ссылка на аккаунт в фейсбуке: Юрий Бондарь (Шаман)

Алина Сугоняко, опубликовано в издании  УП.Життя

Перевод: Аргумент


Теги статьи: ВолонтерствоГерои АТО

Дата и время 31 мая 2015 г., 11:44     Просмотры Просмотров: 5699
Комментарии Комментарии: 0

Комментарии:

comments powered by Disqus
loading...
Загрузка...

Наши опросы

На чьей вы стороне в событиях под Радой?







Показать результаты опроса
Показать все опросы на сайте
0.065898