АНТИКОР — национальный антикоррупционный портал

Может повториться сценарий Зимбабве, где целую вечность правит Мугабе

Может повториться сценарий Зимбабве, где целую вечность правит Мугабе
Может повториться сценарий Зимбабве, где целую вечность правит Мугабе

Не сильно ошибемся, предположив, что ближайшие выпуски событийных и аналитических ток-шоу на национальных телеканалах будут посвящены раскручиванию мыслей: что отставка Йозефа Блаттера с поста президента ФИФА – месть за выбор России как хозяйки Чемпионата мира по футболу в 2018 году, попытка распространить американскую юрисдикцию на международные дела; что преследование направлено против кавалера Ордена почетного легиона и Олимпийского ордена, отдавшего Федерации 40 лет (сначала техническим директором, затем генеральным секретарем и, наконец, президентом); что на последних выборах президента, состоявшихся всего пять дней назад, за Блаттера проголосовали 2/3 стран-участниц, в том числе такие «футбольные державы», как Испания и Франция, а инициатива наказать верхушку Международной федерации футбола принадлежит США и Англии, явным недругам России; что поддержка этой инициативы Германией

(в лице Ангелы Меркель, компаний Adidas и Continental) указывает на утрату немцами внешнеполитического суверенитета; что на Блаттера оказывает давление западный, и прежде всего американский капитал – Visa, Coca-Cola, McDonald`s, Johnson&Johnson (основные спонсоры FIFA). Направление мыслям задал президент Владимир Путин.

 

Западные СМИ, в свою очередь, больше уделяют внимания таким фактам: Блаттер, возглавляющий Федерацию 17 лет, не первый раз попадает в коррупционные переделки, на этот раз  арестованные 14 высокопоставленных руководителей Федерации и ее партнерских компаний, в том числе американец Джек Уорнер, подозреваются в вымогательстве, получении и даче взяток на 150 млн долларов в течение 24 лет (согласитесь, по нашим меркам, честно говоря, не солидно); Блаттер сам объяснил свой уход потерей доверия мирового футбольного сообщества, признав, что организации «требуется серьезный капитальный ремонт». Поэтому-то президент Союза европейских футбольных ассоциаций УЕФА Мишель Платини советовал 79-летнему главе ФИФА уйти еще до выборов.

 

 

Говорят, однажды во встрече Блаттера с Обамой участвовал еще лишь Збигнев Бжезинский. Совпадение? 

 

«Чтобы понять, насколько ФИФА алчная структура, достаточно внимательно изучить гарантии, подписанные Путиным. Гарантия №5 «Банковские операции и сделки с иностранной валютой» давала сотрудникам ФИФА право ввозить и вывозить из страны любые суммы в валюте и конвертировать и обменивать их внутри страны без каких-либо ограничений вообще и без таможенных деклараций. Гарантия «Защита и реализация коммерческих прав» предоставляла ФИФА возможность в нарушение российских законов рекламировать алкоголь на всех своих мероприятиях и во время телетрансляций матчей. Гарантия №3 «Освобождение от уплаты налогов» дала ФИФА, всем ее сотрудникам, сотрудникам компаний и организаций, участвующих в подготовке чемпионата, полное освобождение от всех российских налогов и сборов, в том числе и от таможенных и акцизных платежей даже на ввозимый в Россию автотранспорт, – перечисляет «Forbes». – Почему автотранспорт ФИФА можно ввезти в Россию вообще без таможенных сборов и, например, продать здесь по выгодной цене? Зачем освобождать от всех налогов не только ФИФА, но и ее «дочки», национальные ассоциации ФИФА, поставщиков услуг ФИФА и всех физических лиц, принимающих участие в организации и ЧМ, на которых ФИФА покажет пальцем? Понятно зачем. Чиновники ФИФА готовились делать в России большой бизнес: строить без налогов, выгодно реализовывать все что угодно от безакцизного алкоголя до беспошлинных автомобилей».

 

Блаттер упирался на посту президента ФИФА до последнего, пока не сдался под напором европейских и южноамериканских стран, пообещавших не только отказаться от участия в «русском» и катарском чемпионатах, но и создать собственную Федерацию. Престарелый швейцарец якобы «ужаснулся» тому, что против него выступила такая солидная сила. В пору ужаснуться не только ему: проверку придется пройти всем членам исполкома Федерации.

 

 

"Форбс": "Чиновники ФИФА готовились делать в России большой бизнес"

 

Это уже второй коррупционный скандал за последние десять дней, в котором «полощется» имя президента России. Первый – снятое впоследствии «Радио Свобода» «антикоррупционное» интервью бизнесмена Максима Фрейдзона. То есть самая пора для разговоров о том, что над «путинским режимом» сгущаются тучи. Однако у аналитиков немало оснований утверждать, что положение Путина стабильно, он уверенно держит бразды правления, а значит, причин для его отхода от власти в краткосрочной перспективе нет. Мы собрали наиболее взвешенные, убедительные и оригинальные экспертные суждения.

 

Быть лучше Ленина и Сталина, Брежнева и Андропова

Говоря о стабильности, мы имеем в виду не только «текущий момент», а исторический замысел, активным участником которого и на сегодняшний день венцом является Владимир Владимирович. Замысел, по словам источников журнала «Русский репортер», родился в голове предшественника Путина на посту руководителя спецслужб, а впоследствии генсека КПСС, Юрия Андропова. План был крутым: ликвидировать структуру Советского Союза, заложенную Лениным по национальному принципу, взамен создать с десяток крупных территориальных образований, по сути, конкурирующих экспериментальных площадок, на которых отрабатывались бы разные модели экономических и политических реформ – от «китайской» госкапиталистической до ультралиберальной (именно поэтому, по словам источников, еще в начале 1980-х был дан «зеленый свет» таким экстравагантным для позднесоветского «застоя» экономистам, как Гайдар и Чубайс). Преобразования должны были проходить, естественно, под надежным контролем КГБ, который с помощью диктатуры готовился расправиться с забронзовевшей, косной, стремительно деградировавшей, коррумпированной партийной номенклатурой. 

 

 

Путин реализует "доктрину Андропова"?

 

Можно сказать, что замысел в определенной мере удался: Союз уберечь не удалось, зато на возникшей на его обломках Российской Федерации чекисты, «рассевшись по ветвям», таки отработали (и отрабатывают поныне) и рыночную, и госкапиталистическую модель. «В 90-е годы последний председатель КГБ СССР Владимир Крючков работал в руководстве АФК «Система», бывший руководитель 5-го, идеологического управления КГБ Филипп Бобков возглавлял службу безопасности группы «Мост» Владимира Гусинского, бывший глава Центра общественных связей Министерства безопасности России Алексей Кондауров ушел в информационно-аналитическую службу группы «Менатеп» Михаила Ходорковского, – перечисляет «Русский репортер». – В 99-м для чекистов как корпорации вообще сложился беспроигрышный вариант – Путин против Примакова». (Напомним, что в 1991-м Евгений Максимович работал первым заместителем председателя КГБ, затем возглавил Службу внешней разведки РФ). Таким образом, в знаменитой реплике Путина-премьера и будущего президента, произнесенной им 20 декабря 1999 года, в День работника органов госбезопасности («Хочу доложить, что группа сотрудников ФСБ, направленная в командировку для работы под прикрытием в правительство, на первом этапе со своими задачами справляется») есть лишь доля шутки.

 

По мнению Михаила Хазина, Андропов, как и его последователи, был лишь исполнителем, а авторство замысла на самом деле принадлежит Сталину, который после войны задумал сблизиться с Западом (такие идеи действительно рассматривались вплоть до Фултонской речи Черчилля, а после смерти «вождя всех народов» вынашивались Берией; эта историческая концепция заложена и в недавно нашумевшей книге Олега Кашина «Горби-дрим»).

 

 

К 2000 году для чекистов сложилась беспроигрышная ситуация: Примаков или Путин

 

В свете вышесказанного о предначертанности путинского курса приобретает дополнительный смысл такая оценка Максима Кононенко, вспоминающего интервью Владимира Путина 1996 года: «Путина спрашивают, что он думает о возможности возвращения нашей страны к самым мрачным ее временам. Ответ Путина… показался бы парадоксальным: «На мой взгляд, в нашей стране поворот к тоталитаризму на какой-то период возможен. Но опасность нужно видеть не в органах безопасности, не в органах правопорядка и даже не в армии. Эта опасность – в ментальности нашего народа, в нашей собственной ментальности. Нам всем кажется, и мне иногда так кажется, что если навести твердый порядок жесткой рукой, то всем нам станет жить лучше, комфортнее и безопаснее. На самом деле эта комфортность очень быстро пройдет, потому что эта жесткая рука начнет нас очень быстро душить». И добавляет: «Как это ни печально»... То есть человек четко осознает, что однажды его избиратель может потребовать от него сильной руки. Ему не нравится эта мысль, он говорит о готовности противостоять такому желанию населения, но не уверен, удастся ли ему противостоять. А теперь оглянитесь вокруг. Вот и вся историография. Никакой эволюции взглядов. Железобетонное постоянство. Путин 15 лет назад и Путин сейчас – это один и тот же Путин. И не знаю, как вас, а лично меня это весьма успокаивает. Ведь если он тогда знал то, что будет теперь, то он, вполне возможно, и теперь знает то, что будет потом. И в соответствии с этим действует». 

 

Причем так, чтобы «быть «лучше» Ленина, Сталина, Хрущева, Брежнева, Андропова» (Максим Трудолюбов). И уж, конечно, Николая Второго и Горбачева, которых Путин, говорят, не переносит за безвольность, повлекшую за собой две «геополитических катастрофы» в течение одного ХХ столетия.

 

Путин – это де Голль сегодня

В чем же эта самая «лучшесть»? Французский публицист правого толка Гийом Фай ставит Владимира Владимировича на одну историческую доску с, ни больше ни меньше, генералом и антиамериканистом де Голлем: «Этот человек (каким бы ни было ваше мнение насчет его политики) является настоящим главой государства, носителем глобального видения своей страны и мира, и что он ставит судьбу своей страны выше личной карьеры. Это подлинный патриот, у которого, как и у де Голля, есть свое видение и большой прагматизм. В нем нет ни капли наивного идеализма и фанатизма Робеспьера, Ленина и Гитлера. Он совершенно не похож на принесшего одни лишь катастрофы Буша-младшего, карикатурного тупоголового ковбоя. Нет у него ничего общего и с западными (в первую очередь, французскими) политиками, которые меняют убеждения в зависимости от результатов опросов, чтобы обеспечить себе успешную карьеру. Путин, как и де Голль, это государственный деятель, которого прежде всего заботит историческая сторона его должности».

 

Аргументация француза настолько любопытна, что позволим себе еще один обширный фрагмент: «Российская дипломатия Путина и министра иностранных дел Сергея Лаврова до странного напоминает курс генерала де Голля. Это проявляется в целом ряде моментов. 1) Многосторонний подход и неприятие американской гегемонии: Америка не должна быть «жандармом мира», потому что это ведет лишь к катастрофам. 2) Возвращение статуса великой державы и национального суверенитета. 3) Несогласие с вмешательством США в дела европейского континента. 4) Враждебное отношение к НАТО. 5) Строительство европейско-российского экономического пространства. 6) Приоритет континентальных связей над трансатлантическими. 7) Во внутреннем плане: защита этнического и культурного самосознания, а также традиций мощи и научно-технических инноваций. Между Путиным и де Голлем можно провести немало параллелей».

 

 

По конспирологической версии антиамериканисту де Голлю устроили сокрушительную "студенческую революцию" 1968 года

 

К французу присоединяется влиятельная американская «Wall Street Journal»: «Сегодня Путин дерзает потому, что может себе это позволить, а также потому, что он знает, где нужно остановиться, чтобы не нарваться на эскалацию, – считает эксперт [Джозеф Йоффе, издатель немецкой газеты Die Zeit и научный сотрудник Гуверского института при Стэндфордском университете]. – Это отличительный признак блестящего шахматного игрока, который охотится на пешки, не покушаясь на ладьи, а тем более на ферзя, как это сделал Хрущев, когда установил советские ракеты в 150 км от побережья Флориды».

 

«Вражеская» польская пресса, конечно, интерпретирует симпатии Запада к Путину по-своему: «Они (Запад. – Прим. ред.) заинтересованы в сохранении статус-кво и пребывании Путина у власти. Он гарантирует, что доходы от торговли энергоресурсами будут разворовываться, а не инвестироваться в развитие российской экономики, что Россия будет и дальше отсталой периферией Европы и Китая, а не их конкурентом на глобальных рынках». Но так или иначе, российский президент – лидер движения по созданию общемировой элиты, в структуре которой российская должна занять достойное место.

 

В душе – либерал, автократ – поневоле

Симпатии Запада к Путину могут объясняться, между прочим, тем, что Владимир Владимирович на самом деле проводит либеральную политику и уж тем более не является никаким не диктатором. Об этом свидетельствуют его изречения, подобранные Александром Белоусовым. Например, такие: «Мы ни в коем случае не должны скатиться в какие-то крайние формы борьбы, ни в коем случае не должны шельмовать людей за их позицию. И я постараюсь сделать все, чтобы этого не было»; «Каждый народ имеет неотъемлемое, суверенное право на собственный путь развития, на выбор союзников, формы политической организации общества, построения экономики и обеспечения своей безопасности. Россия всегда относится к этому и будет относиться с уважением. Это в полной мере касается и Украины, братского украинского народа»; «Мы сами никогда не пойдем по пути самоизоляции, ксенофобии, подозрительности, поиска врагов. Это все проявления слабости, а мы сильны и уверены в себе».

 

Либерализм Путина проявляется далеко не только в риторике, но и в недавно провозглашенной политике по поддержке бизнеса, который воспринял декларации со сдержанным оптимизмом. «Для Путина призыв к экономической либерализации и набор тех мер, которые с ней сопряжены, – налоговые каникулы для бизнеса, табу на полицейские проверки, снижение процентной ставки для кредита – всё это является не конъюнктурной реакцией на ухудшение экономической ситуации, но реализацией давно задуманных мер, которые сейчас, в условиях снижения бюджетных поступлений, стали актуальны как никогда», – считает Борис Межуев. 

 

 

Диктатура Пиночета была гарантией либеральных реформ. "Диктатура" Путина к тому же не кровожадна

 

«Все его ключевые реформы – монетизация льгот, налоговая, образовательная, военная, сейчас медицинская, потом будет, вероятно, пенсионная – проходят без реального общественного обсуждения. И, заметьте, все они абсолютно либеральные, – обращает внимание собеседник «Русского репортера». А то, что он при этом еще и популярным остается, – пиарщики действительно творят чудеса. Путин на полную использует свой диктаторский ресурс, просто он у него очень ограничен. Он не может распустить парламент, не может устроить полноценную номенклатурную чистку, много чего он не может, в общем. Поэтому и фамилия у него все-таки Путин. Он, я думаю, обеспечил максимальный уровень западничества, на который была согласна силовая элита, которая, в свою очередь, обеспечивает проведение модернизации. Это и есть план Андропова, только без ГУЛАГа и гражданской войны. Но поэтому и эффект не такой впечатляющий».

 

«Мы все же идем к клановой элите; иерархии ценностей, основанной на служении стране; примату военной мощи; пассионарной внешней политике; окружению врагами как норме существования; принципиальному отказу от понимания второй стороны, если только она не готова стать как мы; отказу от компромисса как формы взаимодействия. Мы сохраним высокий уровень преступности, депрессий, конфликтность между стратами и группами, карательный уклон правоохранения. Что ж, это все же лучше, чем ГУЛАГ, чашка риса на день, партийные собрания и распределение после института – а был момент, когда казалось, что мы пойдем в эту сторону, – соглашается экономист Андрей Мовчан.

 

Беспорядки отменяются

Политолог Станислав Белковский упоминает о том, что Путин родился в год Дракона, а по знаку Зодиака – Весы, и, с одной стороны, «он воспринимает людей как подданных, жизнями которых он может распоряжаться, как он считает нужным», но, с другой, «он человек баланса интересов, он не будет кого-то сжирать только из желания сожрать. Именно поэтому многие олигархи ельцинской эпохи прекрасно выжили». И даже только что удостоились похвал и наград за помощь в подготовке сочинской Олимпиады.

 

Этим своим качеством – сбалансированностью, пластичностью, изменчивостью, приспособляемостью к текущей ситуации – Путин вполне устраивает российскую элиту. Поэтому она не только не задумывается о «дворцовом перевороте» или альтернативе нынешнему главе государства, но и в принципе «не задумывается о возможности начать планирование постпутинского будущего». Об этом говорит не только бывший начальник управления президента по внутренней политике Константин Костин или умеренный в оценках исследователь кремлевских закоулков Евгений Минченко, но и известный критик Путина Лилия Шевцова и даже британская «The Guardian».

 

Но, пожалуй, самое главное: своего президента любит и поддерживает российский народ, подавляющее его большинство. Почему – версии разные: потому что оппозиционное поле зачищено, рост возможен, в первую очередь, в путинской системе, и «в нашей стране пока нет критической массы субъектных, самостоятельно и критически мыслящих людей» (кандидат исторических наук Валерий Скурлатов); потому что «большая часть наших избирателей помнит, что такое шоковая терапия, они помнят, как зарплату не платили по году» (Константин Костин); так что «от Путина народ не только не устал, но и как будто страшно боится его потерять», поминая похожего «стабилизатора» Брежнева как «одного из самых добрых, человечных и комфортных для народа лидеров страны» (политолог Александр Шпунт). «Может прийти такое время, когда мир будет смотреть на путинскую эпоху как на время либеральности и терпимости. Все дело в том, что если борьба Путина за выживание, равно как и стремление соперников сместить его усилятся, готовность всех сторон к применению насилия и жестоких мер тоже может усилиться», – соглашается глава «теневого ЦРУ», американской исследовательской корпорации Stratfor Джордж Фридман.

 

 

Ни элита, ни население даже не задумываются об альтерантиве Путину

 

Причем даже экономические испытания не способны подорвать доверие населения к президенту. Об этом у себя в блоге пространно рассуждает историк Сергей Волков: «Все эти «кризисы» – сущая ерунда (во всяком случае для тех, у кого нет больших денег, которые можно было бы терять). Ну вырастут цены, снизится жизненный уровень, меньше можно будет себе позволить – и что? Только и всего, что «будет хуже жить»... Нет ничего смехотворнее представления (превалирующего в западных СМИ) о существовании некого молчаливого «договора» между П. и населением, согласно которому оно мирится с ограничением «свобод» в обмен на обеспечение ему какого-то жизненного уровня. Да населению эти свободы не только не нужны, но оно бы еще и на опускание уровня согласилось бы, чтобы их только не было, а «либералам» надавали бы по морде... Сопоставимо с этим по адекватности предположение о том, что когда у П. кончатся деньги и ему нечем станет платить условному «ОМОНу», тот не станет его защищать. Во-первых, «ОМОН» будет последним, кому перестанут платить, а главное, у него в этом случае должно быть четкое представление о том, что ему будет платить кто-то другой. Если же такового не просматривается (а силовые структуры РФ никакой Сорос на содержание, конечно, взять не в состоянии), то даже при допущении отсутствия у «силовиков» иных побуждений, кроме желания кому-нибудь продаться, – «это не работает». Но все еще проще. Поддерживающих власть не обязательно должно быть 85%, достаточно и 50, и даже 25-30. Учитывая, что всплеск поддержки произошел вовсе не потому, что «подняли зарплату», таких все равно будет больше, чем протестующих. В случае чего они последних просто побьют (ОМОН может отдыхать)».

 

Из всего этого тот же Борис Межуев делает вывод: «Не будет в Москве никакого майдана». А значит, и в стране.

 

Долго быть богом

В конце концов, «Путина России дал Бог» – об этом, ссылаясь на «одного иерарха православной церкви, не московского патриархата», как известно, сообщил президент «Российских железных дорог» Владимир Якунин. А Дмитрий Тренин из Московского центра Карнеги полагает, что «в свою Богом данную историческую миссию, похоже, уверовал сам Путин». Ну недаром же три года назад в Нижегородской области у членов секты Пресвятой Богородицы «Воскрешающая Русь» замироточила икона с ликом президента. Более того, по убеждению сектантов, поклоняющихся иконе, в прошлых жизнях Владимир Владимирович был князем-крестителем Владимиром Святославовичем и даже апостолом Павлом.   

 

«Один из основоположников политической антропологии Э. Эванс-Притчард как-то невзначай сказал в конце 1940-х годов, что изучение роли колдунов у африканских племен азанде помогло ему понять природу тоталитаризма. Спустя десятилетия становится понятным фундаментальный смысл этой идеи: культ как пожизненного вождя нации, так и колдуна основан на одном и том же – признании непостижимого, мистического могущества отдельного человека, в которого вселяется магическая, сверхъестественная сила или способность», – объясняет эмоции нижегородцев (да только ли их?) Эмиль Паин.

 

 

Обожествлять вождей, как и колдунов, в давней манере человечества

 

В общем, «Путин будет находиться у власти еще долго», резюмирует дочь Бориса Немцова Жанна. По крайней мере, в 2018 году он, скорее всего, снова пойдет на выборы, для этого есть необходимые политические условия, прогнозирует известный реалист Алексей Кудрин в недавнем интервью «Интерфаксу»:  «Если Владимир Путин ориентируется на свое переизбрание при нынешнем рейтинге, это сильно снижает амбиции и шансы всех остальных. В таких обстоятельствах наиболее решительным оппонентом становится радикальная оппозиция, которая больших результатов на парламентских выборах не добьется». «Это может привести к повторению сценария Зимбабве, где целую вечность правит Роберт Мугабе», – предсказывает даже ярый разоблачитель путинизма Уильям Браудер.

 

Публицист Борис Грозовский смотрит в будущее веселее, выражая надежду на то, что Путин окажется не менее «продвинутым», чем другие его африканские и азиатские предшественники: «Ганский президент Джерри Ролингс начинал «людоедски», но затем провел экономическую либерализацию, политику национального примирения, привлек иностранные инвестиции и сделал Гану стабильной демократией. Добровольно ушел от власти и разъезжает по миру с лекциями об устойчивом развитии. Замбийский президент Кеннет Каунда начал с репрессий и запрета оппозиционных партий, а впоследствии их легализовал и после 27 лет у власти бескровно отдал ее лидеру партии, победившей на выборах. Кенийский президент Даниэль арап Мои начинал со смертных казней для своих противников, а закончил демократизацией: его преемник проиграл на демократических выборах и возглавил страну только десятилетие спустя. Правда, при Мои гигантский масштаб приобрели коррупция и непотизм. К демократическим реформам в последние годы прибег и корейский президент Чон Ду Хван, мишень советской пропаганды начала 1980-х. Это не спасло его от последующей опалы и обвинений в коррупции, но сделало Корею демократией».

http://znak.com


Теги статьи: БлаттерФИФА

Дата и время 04 июня 2015 г., 00:18     Просмотры Просмотров: 2999
Комментарии Комментарии: 0

Комментарии:

comments powered by Disqus
loading...
Загрузка...

Наши опросы

Кто на ваш взгляд самый большой враг Украины?









Показать результаты опроса
Показать все опросы на сайте
0.100111