АНТИКОР — национальный антикоррупционный портал
Киев: 2°C
Харьков: 4°C
Днепр: 5°C
Одесса: 3°C
Чернигов: 1°C
Сумы: 2°C
Львов: 6°C
Ужгород: 6°C
Луцк: 6°C
Ровно: 6°C

Марчук: За Гонгадзе гора трупов. В живых остаются Пукач и майор Мельниченко, иногда еще и меня называют

Марчук: За Гонгадзе гора трупов. В живых остаются Пукач и майор Мельниченко, иногда еще и меня называют
Марчук: За Гонгадзе гора трупов. В живых остаются Пукач и майор Мельниченко, иногда еще и меня называют

— Евге­ний Ки­рил­ло­вич, су­ве­рен­ную, не­за­ви­си­мую, Укра­и­ну воз­глав­ля­ли, со­от­вет­ст­вен­но, Ле­о­нид Крав­чук, Ле­о­нид Куч­ма, Вик­тор Ющен­ко, Вик­тор Яну­ко­вич и Петр По­ро­шен­ко те­перь — кто из них са­мый силь­ный, на ваш взгляд, пре­зи­дент Укра­и­ны?

— Как го­су­дар­ст­вен­ник? Без­ус­лов­но, Крав­чук — он дей­ст­ви­тель­но сме­лые ис­то­ри­чес­кие ре­ше­ния при­ни­мал, и да­же ре­аль­ная угро­за воз­мож­ной ги­бе­ли его не оста­но­ви­ла...

— Вот так да­же...

— Ну смот­ри­те: в мо­мент узур­па­ции влас­ти ГКЧП он еще пред­се­да­те­лем Вер­хов­но­го Со­ве­та УССР был (Пре­зи­ден­том ста­нет поз­д­нее)... Ког­да в Мос­к­ве путч на­чи­нал­ся, ни­кто же не знал, чем все за­кон­чит­ся, и про­изо­шло то, о чем я вам рас­ска­зы­вал: к не­му глав­ком Су­хо­пут­ных войск СССР Ва­рен­ни­ков, ко­ман­ду­ю­щий Ки­ев­ским во­ен­ным окру­гом (а это са­мое мощ­ное во­ин­ское со­еди­не­ние в Евро­пе бы­ло!) Че­че­ва­тов и пер­вый сек­ре­тарь ЦК КПУ Гу­рен­ко за­чем-то на­пра­ви­лись...

— Да­же по­нят­но, за­чем...

— Да, за­ста­вить ввес­ти в Укра­и­не чрез­вы­чай­ное по­ло­же­ние. Си­ту­а­ция в пси­хо­ло­ги­чес­ком смыс­ле не­прос­тая бы­ла — Крав­чук же го­во­рил: "У ме­ня в сей­фе один пис­то­лет, и то для се­бя", ну и в при­ем­ной охран­ник или два си­дят...

— Тут или пан, или про­пал...

— Но это еще не са­мое се­рье­з­ное.

— Бе­ло­веж­ская Пу­ща?

— Да. Я хо­ро­шо те со­бы­тия пом­ню, по­то­му что охра­ну мы обес­пе­чи­ва­ли — на сво­ей тер­ри­то­рии, ра­зу­ме­ет­ся. Смот­ри­те...

— ...Кон­с­ти­ту­ция и за­ко­ны Со­юза...

— ...хо­тя Укра­и­на уже бы­ла не­за­ви­си­ма, но СССР офи­ци­аль­но еще су­щес­т­ву­ет вплоть до 26 де­каб­ря 1991 го­да и Гор­ба­чев его пре­зи­дент. И что же про­ис­хо­дит? Мо­би­лок тог­да еще не бы­ло, из Бе­ло­рус­сии в Ки­ев по­зво­нить толь­ко по ВЧ-свя­зи мож­но, ко­то­рая лег­ко в Мос­к­ве про­слу­ши­ва­ет­ся, тем бо­лее ес­ли обо­ру­до­ва­ние вы­нос­ное, — там, в ле­су, ста­ци­о­нар­но­го мог­ло прос­то не быть. Мы с лич­ным охран­ни­ком Крав­чу­ка до­го­ва­ри­ва­ем­ся, ка­ки­ми сло­ва­ми услов­ны­ми (их не так мно­го — три-пять) в слу­чае не­об­хо­ди­мос­ти бу­дем об­ме­ни­вать­ся и что бу­дут они озна­чать. По су­ти, в Бе­ло­ве­жье "за­го­вор". По дей­ст­ву­ю­ще­му во­ен­но-пра­во­во­му ре­жи­му то­го вре­ме­ни Гор­ба­чев — Вер­хов­ный глав­но­ко­ман­ду­ю­щий Во­ору­жен­ными силами Со­вет­ско­го Со­юза, все во­ору­жен­ные си­лы и во­ен­ные под­раз­де­ле­ния...


"Совет Старейшин", созданный по инициативе первого Президента Украины Леонида Кравчука и призванный анализировать действия всех ветвей власти: бывший зампредседателя Совета Министров УССР академик Сергей Комисаренко, Евгений Марчук, Леонид Кравчук, экс-премьер-министр Украины Валерий Пустовойтенко и экс-премьер-министр Витольд Фокин, 2008 год. Фото: bulvar.com.ua

"Совет Старейшин", созданный по инициативе первого Президента Украины Леонида Кравчука и призванный анализировать действия всех ветвей власти: бывший зампредседателя Совета Министров УССР академик Сергей Комисаренко, Евгений Марчук, Леонид Кравчук, экс-премьер-министр Украины Валерий Пустовойтенко и экс-премьер-министр Витольд Фокин, 2008 год. Фото: bulvar.com.ua

 

 


— ...ему под­чи­ня­ют­ся...

— В опре­де­лен­ной ме­ре. Лич­но он оскор­б­лен тем, что у не­го за спи­ной это все де­ла­ет­ся. Ему же на­вер­ня­ка до­ло­жи­ли, что в Бе­ло­ве­жье ру­ко­во­ди­те­ли трех рес­пуб­лик со­би­ра­ют­ся, и Ми­ха­ил Сер­ге­е­вич мог эле­мен­тар­но со­от­вет­ст­ву­ю­щую ко­ман­ду дать... У Ель­ци­на же та­ких ры­ча­гов во­ен­но­го ха­рак­те­ра, как у не­го, тог­да не бы­ло. Не­да­ле­ко от Ки­е­ва ог­ром­ней­ший спец­наз сто­ял. Ки­ев — это мно­го­мил­ли­он­ный го­род, сто­ли­ца рес­пуб­ли­ки, плюс ГЭС не­да­ле­ко — то есть здесь сис­те­мы ПВО очень се­рье­з­ные раз­ме­ща­лись, так что са­мо­лет...

— ...с де­ле­га­ци­ей за­го­вор­щи­ков...

— ...в ко­то­ром и Ле­о­нид Ма­ка­ро­вич Крав­чук, и Ви­тольд Пав­ло­вич Фо­кин возвращались, до Ки­е­ва мог по­прос­ту не до­ле­теть, но да­же ес­ли бла­го­по­луч­но и при­зем­лил­ся бы...

— ...тут их встре­тить мог­ли...

— До­пус­тим, сто­рон­ни­ки со­хра­не­ния Со­вет­ско­го Со­юза ре­ши­ли бы не авиа­ка­тас­т­ро­фу устра­и­вать, а дру­ги­ми ме­то­да­ми дей­ст­во­вать. По пу­ти из Бо­рис­по­ля до Ки­е­ва ук­ра­ин­ских ли­де­ров мог ог­ром­ный спец­наз Ки­ев­ско­го во­ен­но­го окру­га пе­ре­хва­тить (нам он не под­чи­нял­ся)...

— ...арес­то­вать...

— ...и в Мос­к­ву как за­го­вор­щи­ков от­вез­ти. При­чем де­ла­лось бы это эле­мен­тар­но, и та­кой сце­на­рий мог быть аб­со­лют­но ре­аль­ным для то­го вре­ме­ни, и мы дол­ж­ны бы­ли пред­ви­деть. Как те­перь го­во­рит Ви­ки­пе­дия: "В день под­пи­са­ния Бе­ло­веж­ско­го со­гла­ше­ния с Гор­ба­че­вым встре­тил­ся ви­це-пре­зи­дент РСФСР Алек­сандр Руц­кой. Руц­кой уго­ва­ри­вал пре­зи­ден­та СССР арес­то­вать Ель­ци­на, Шуш­ке­ви­ча и Крав­чу­ка". Так что угро­за дей­ст­ви­тель­но бы­ла ре­аль­ной.

— И мир про­гло­тил бы, прав­да? Все по за­ко­ну...

— Ко­неч­но.

— Мо­ло­дец все-та­ки Гор­ба­чев!

— Тут ка­кое еще об­сто­я­тель­ст­во... Вы же пом­ни­те: по прось­бе Гор­ба­че­ва Мар­га­рет Тэт­чер в 90-м го­ду в Укра­и­ну при­еха­ла, в пар­ла­мен­те вы­сту­пи­ла...

— ...ук­ра­ин­цев не от­де­лять­ся уго­ва­ри­ва­ла...

— Ну, не очень и уго­ва­ри­ва­ла, но, в прин­ци­пе, со­ве­то­ва­ла: ре­бя­та, не спе­ши­те! Че­рез год Буш-стар­ший при­ле­тел — тот во­об­ще зна­ме­ни­тую Chicken Kiev speech (что с ан­г­лий­ско­го как "Спич "Кот­ле­та по-ки­ев­ски" пе­ре­во­дит­ся. — Д. Г.) про­из­нес. Кста­ти, пи­са­ла ее, как мне по­том ска­за­ли, бу­ду­щий гос­сек­ре­тарь Кон­до­ли­за Райс — она тог­да в Со­ве­те на­ци­о­наль­ной без­опас­нос­ти Со­еди­нен­ных Шта­тов ра­бо­та­ла.

...Пом­ню, как из Бе­ло­рус­сии охран­ник Крав­чу­ка по­зво­нил и ска­зал с услов­нос­тью, что ле­теть они не по вре­ме­ни бу­дут и что с мар­ш­ру­том мо­жет сложиться по-дру­го­му. Как-то по­вли­ять на что-то в воз­ду­хе, чем-то по­мочь мы не мог­ли, но мне бы­ло яс­но, что ско­ро Бо­рис­поль и путь из аэро­пор­та до Ки­е­ва пред­сто­ит. Проб­ле­мы для Крав­чу­ка, Фо­ки­на, да и для всей де­ле­га­ции, в тех усло­ви­ях аб­со­лют­но ре­аль­ны бы­ли, хо­ро­шо, что тог­да Гор­ба­чев был...


Марчук: По уровню экономической подготовки, необходимой для того времени, я думаю, Ющенко был наиболее грамотным. Фото: bulvar.com.ua

Марчук: По уровню экономической подготовки, необходимой для того времени, я думаю, Ющенко был наиболее грамотным. Фото: bulvar.com.ua

 

 


— ...и Крав­чук не стру­сил...

— Не толь­ко не стру­сил. Опи­са­но уже мно­го­крат­но, как он се­бя вел, как ре­дак­ти­ро­ва­ние тек­с­та Бе­ло­веж­ско­го со­гла­ше­ния шло. А сле­ду­ю­щий важ­ный эпи­зод, в ко­то­ром я учас­тие при­ни­мал, — это за­се­да­ние Пре­зи­ди­у­ма Вер­хов­но­го Со­ве­та Укра­и­ны, на ко­то­ром во­прос о за­пре­те Ком­му­нис­ти­чес­кой пар­тии сто­ял (как из­вес­т­но, со­от­вет­ст­ву­ю­щее по­ста­нов­ле­ние не Вер­хов­ный Со­вет при­нял, а Пре­зи­ди­ум, тог­да это на­зы­вал­ся Указ, ко­то­рый Крав­чук как пред­се­да­тель Вер­хов­ной Ра­ды под­пи­сал 30 ав­гус­та). Крав­чук! До не­дав­не­го вре­ме­ни сек­ре­тарь ЦК...

— ...глав­ный иде­о­лог...

— ...за­вот­де­лом иде­о­ло­гии, сек­ре­тарь по иде­о­ло­гии... Пом­ню, как Алек­сандр Ко­цю­ба, член Пре­зи­ди­у­ма от фрак­ции ком­му­нис­тов, вска­ки­вал там и аг­рес­сив­но про­ти­во­дей­ст­во­вал, но Крав­чук ре­ше­ние это про­бил, а ведь для то­го вре­ме­ни это не­мыс­ли­мо бы­ло. Как? Ком­пар­тия за­пре­ще­на?! Ко­неч­но, ста­тус Ука­за Пре­зи­ди­у­ма Вер­хов­ной Ра­ды не тот был, что у ре­ше­ния Вер­хов­ной Ра­ды, но все рав­но тог­да это нор­ма­тив­ный до­ку­мент был и... Ну как вам ска­зать... На за­се­да­нии вряд ли к Ле­о­ни­ду Ма­ка­ро­ви­чу фи­зи­чес­кую си­лу при­ме­ни­ли бы...

— ...но по­том...

— ...но что и как по­том? Это, од­на­ко, его не оста­но­ви­ло. Кста­ти, этот Указ в 2001 го­ду уже при Куч­ме Кон­с­ти­ту­ци­он­ный суд от­ме­нил как не­кон­с­ти­ту­ци­он­ный.

— Го­су­дар­ст­вен­ный ли­дер!..

— Да, то есть он се­бя пе­ре­ла­мы­вал...

— ...и сис­те­му ло­мал...

— Я же по­ни­маю, ка­ко­во это для че­ло­ве­ка, ко­то­рый из той сис­те­мы вы­шел, пло­тью от пло­ти ее был. Счи­таю, что пусть ма­лень­кую леп­ту, но и я ар­хив­ны­ми до­ку­мен­та­ми внес, по­мог ему, и вот по­сле Ука­за Пре­зи­ди­у­ма о за­пре­те ком­пар­тии он ре­ше­ние о раз­ва­ле Со­вет­ско­го Со­юза при­ни­ма­ет и, не­смот­ря на ре­аль­ную угро­зу быть сби­тым в са­мо­ле­те или за­хва­чен­ным и в Мос­к­ву дос­тав­лен­ным, ис­то­ри­чес­кий до­ку­мент под­пи­сы­ва­ет. Я аб­со­лют­но уве­рен, что Ле­о­нид Ма­ка­ро­вич по­ни­мал: ес­ли бы та­кой при­каз был от­дан, его ис­пол­не­нию ни мы, ни кто-то еще по­ме­шать не смог бы, по­то­му что ги­гант­ская си­ла пы­та­лась раз­вер­нуть про­цесс вспять.

Ошибка Тимошенко – когда она из Качановской колонии срезу же на Майдан поехала: подумала, видно, что там ее аудитория

— Вы пре­мьер-ми­нис­т­ром бы­ли... В не­за­ви­си­мой Укра­и­не лю­ди на этом по­сту с ка­лей­дос­ко­пи­чес­кой ско­рос­тью ме­ня­лись, но два, на мой взгляд, наи­бо­лее ин­те­рес­ные гла­вы пра­ви­тель­ства — это Па­вел Ива­но­вич Ла­за­рен­ко и Юлия Вла­ди­ми­ров­на Ти­мо­шен­ко...

— Так и есть.

— Вот я и хо­чу по­про­сить вас их оха­рак­те­ри­зо­вать...

— М-да (сме­ет­ся)...

На­счет Ла­за­рен­ко, я знаю, Ле­о­нид Да­ни­ло­вич вер­сию рас­прос­т­ра­нял, что имен­но я его вы­тя­нул в Ки­ев — мол, ес­ли бы не Мар­чук, он ни­ког­да бы Пав­ла Ива­но­ви­ча на пер­во­го ви­це-пре­мье­ра не на­зна­чил бы, но это, по-ук­ра­ин­ски ска­жу, брех­ня...

— А спо­соб­ный он был — Ла­за­рен­ко?

— Да, без­ус­лов­но, — за ис­клю­че­ни­ем то­го фак­то­ра, о ко­то­ром я го­во­рил: не знал, че­го нель­зя. А вот спо­соб­ный точ­но, и са­мое глав­ное, что с точ­ки зре­ния управ­ле­ния очень глу­бо­ко при­ро­ду эко­но­ми­чес­ких ме­ха­низ­мов то­го вре­ме­ни по­ни­мал. Это ведь еще не со­всем ры­нок был...


Три премьер-министра Украины, занимавшие этот пост в разное время: Павел Лазаренко, Анатолий Кинах и Евгений Марчук. Фото: bulvar.com.ua

Три премьер-министра Украины, занимавшие этот пост в разное время: Павел Лазаренко, Анатолий Кинах и Евгений Марчук. Фото: bulvar.com.ua

 

 


— ...пред­две­рие...

— ...на­по­ло­ви­ну со­вет­ская ма­ши­на управ­ле­ния эко­но­ми­кой, хо­тя мно­гое уже на­чи­на­ло ло­мать­ся.

По­сле то­го как я был в от­став­ку от­прав­лен, Куч­ма без­от­ла­га­тель­но сра­зу, в тот же день, Ла­за­рен­ко пре­мьер-ми­нис­т­ром на­зна­чил. На­до на­пом­нить, что Каб­мин я по про­це­ду­ре Кон­с­ти­ту­ци­он­но­го со­гла­ше­ния 1995 го­да воз­гла­вил. Это со­гла­ше­ние в Вер­хов­ной Ра­де Сер­гей Го­ло­ва­тый ини­ци­и­ро­вал, ког­да кри­зис меж­ду пар­ла­мен­том и Пре­зи­ден­том до глу­пос­ти, до аб­сур­да уже до­шел. По та­кой же тех­но­ло­гии, то есть Пре­зи­ден­том без со­гла­со­ва­ния с пар­ла­мен­том и Ла­за­рен­ко был на­зна­чен, но по­сле при­ня­тия Кон­с­ти­ту­ции он, как и по­ло­же­но, в от­став­ку по­дал и про­це­ду­ру на­зна­че­ния по­втор­но про­шел. Прав­да, ес­ли до это­го Пре­зи­дент пре­мье­ра без со­гла­со­ва­ния с пар­ла­мен­том мог на­зна­чать, то Кон­с­ти­ту­ция та­кой воз­мож­нос­ти его ли­ши­ла, и те­перь Куч­ме на­до бы­ло сво­е­го кан­ди­да­та че­рез Вер­хов­ную Ра­ду про­би­вать. Так вот, Пре­зи­дент Куч­ма поч­ти со все­ми фрак­ци­я­ми встре­тил­ся — глав­ным об­ра­зом с клю­че­вы­ми, по­том при­ну­дил ком­му­нис­тов за­яв­ле­ние сде­лать, что они Ла­за­рен­ко под­дер­жат. Кро­ме это­го, Ле­о­нид Да­ни­ло­вич на­ка­ну­не го­ло­со­ва­ния сам сде­лал за­яв­ле­ние, что дру­гой кан­ди­да­ту­ры не бу­дет. И все. В ре­зуль­та­те че­го Пав­ла Ива­но­ви­ча не­ви­дан­ным кон­с­ти­ту­ци­он­ным боль­шин­ст­вом Вер­хов­ная Ра­да утвер­ди­ла...

— ...и под ап­ло­дис­мен­ты — это же на­до так день­ги лю­бить!

— Ну да, он, так ска­зать, спе­ци­фи­чес­кий в этом смыс­ле то­ва­рищ, но луч­шим пре­мьер-ми­нис­т­ром я бы его не на­звал. Прав­да, Ле­о­нид Куч­ма бук­валь­но че­рез ме­сяц или два на­гра­дил Ла­за­рен­ко орде­ном Ярос­ла­ва Муд­ро­го. Так вот он обо­шел­ся с "на­вя­зан­ным" ему Ла­за­рен­ко.

— А кто са­мым-са­мым был?

— По уров­ню эко­но­ми­чес­кой под­го­тов­ки, не­об­хо­ди­мой для то­го вре­ме­ни, я ду­маю, Ющен­ко — он в этом смыс­ле был наи­бо­лее гра­мот­ным...

— ...все-та­ки...

— Да — ему бы еще ха­рак­тер и уме­ние управ­лять, но это, ко­неч­но, не его был ко­нек.

— Что о Юлии Вла­ди­ми­ров­не вы ска­же­те?

— Исто­рия вза­и­мо­от­но­ше­ний у нас с ней очень слож­ная. По­че­му? По­то­му что, ког­да она ви­це-пре­мье­ром бы­ла, а я сек­ре­та­рем СНБО, се­рье­з­ное не­до­ра­зу­ме­ние про­изо­шло. Ти­мо­шен­ко как ви­це-пре­мьер до­кла­ды­ва­ла в Вер­хов­ной Ра­де о том, что к зи­ме все го­то­во и так да­лее, а Аза­ров от пра­ви­тель­ст­ва — тог­да он был пред­се­да­те­лем Го­су­дар­ст­вен­ной на­ло­го­вой ад­ми­нис­т­ра­ции, на­обо­рот, утвер­ж­дал, что все пло­хо.

Вы­слу­шав обо­их, пар­ла­мент по­про­сил Пре­зи­ден­та ко­мис­сию соз­дать и по­ру­чить ей во всем ра­зо­брать­ся, что­бы энер­ге­ти­чес­ко­го кри­зи­са зи­мой не бы­ло. Пред­се­да­те­лем этой ко­мис­сии Куч­ма ме­ня на­зна­чил, в нее во­шли в том чис­ле не­ко­то­рые ми­нис­т­ры и за­мес­ти­те­ли ми­нис­т­ров Ка­би­не­та ми­нис­т­ров.

Не я, ко­неч­но, по скла­дам теп­ло­вых, а тем бо­лее атом­ных, элек­т­ро­стан­ций хо­дил — это спе­ци­а­лис­ты, эк­с­пер­ты, де­ла­ли, но ко­мис­сия су­щес­т­вен­ные проб­ле­мы и опас­ные яв­ле­ния на­ка­ну­не зи­мы об­на­ру­жи­ла: че­ты­ре ядер­ных бло­ка по раз­ным при­чи­нам сто­ят (а атом­ная энер­ге­ти­ка у нас 50 про­цен­тов элек­т­ро­энер­гии да­ет), на теп­ло­вых уголь за­кан­чи­ва­ет­ся... Ко­ро­че, ре­зуль­та­ты про­вер­ки — удар по ре­пу­та­ции пра­ви­тель­ст­ва на­нес­ли, а по­сколь­ку за этот сек­тор Юлия Вла­ди­ми­ров­на от­ве­ча­ла, вы­пад в ее сто­ро­ну по­лу­чил­ся, в ре­зуль­та­те че­го Куч­ма Ющен­ко на­пи­сал: "Про­вес­ти по ре­зуль­та­там про­вер­ки за­се­да­ние Каб­ми­на и для до­кла­да ре­зуль­та­тов ко­мис­сии при­гла­сить Мар­чу­ка".

Вик­тор Андре­е­вич, ко­неч­но, ни­ка­ко­го за­се­да­ния Каб­ми­на про­во­дить не со­би­рал­ся — он за­яв­ле­ние на те­ле­ви­де­нии сде­лал, что ре­зуль­та­там этой ко­мис­сии не до­ве­ря­ет и ви­це-пре­мье­ру ве­рит. Мол, ес­ли кто-то там в СНБО ум­нее, пусть, мол, бе­рет и ру­ко­во­дит сам. А по­том Юлия Вла­ди­ми­ров­на, как она уме­ет, не­сколь­ко сви­ре­пых вы­па­дов в мой ад­рес сде­ла­ла и пуб­лич­но по­тре­бо­ва­ла сроч­но осво­бо­дить ме­ня от дол­ж­нос­ти...

— Ну, вас этим не на­пу­га­ешь...

— Да, на все дам­ские сла­бос­ти я спо­кой­но ре­а­ги­рую и с жен­щи­на­ми по та­ким во­про­сам ни­ког­да пуб­лич­но не спо­рил — ни с Алек­сан­д­рой Ку­жель, ни с На­та­льей Вит­рен­ко, ни с Юли­ей Ти­мо­шен­ко. У ме­ня с ни­ми час­тень­ко ка­кие-то не­до­ра­зу­ме­ния случались, но ни од­ну из них я пуб­лич­но не кри­ти­ко­вал, вер­нее, в пе­ре­пал­ку с ни­ми в СМИ не всту­пал. В ус­т­ной фор­ме от­ве­чал, ра­зу­ме­ет­ся, но пуб­лич­но — нет, по­это­му у нас дос­та­точ­но слож­ная плат­фор­ма для от­но­ше­ний...

В прин­ци­пе, Ти­мо­шен­ко силь­но оби­де­лась на ме­ня еще в свя­зи с тем, что ре­зуль­та­ты про­вер­ки я ком­мен­ти­ро­вал Куч­ме и тот по­том на ме­ня как-то со­слал­ся. Со­слал­ся он пра­виль­но, но это то­же для Юлии Вла­ди­ми­ров­ны не очень хо­ро­шо вы­гля­де­ло, по­сколь­ку в пре­до­став­лен­ной справ­ке бы­ло ука­за­но, что пра­ви­тель­ст­во прак­ти­чес­ки в ту сфе­ру втор­г­лось, ку­да втор­гать­ся не дол­ж­но бы­ло: оно ди­рек­тив­но, им­пе­ра­тив­но по­ру­чи­ло «За­хі­де­нер­го» не­сколь­ко сот ты­сяч тонн уг­ля у ка­кой-то бри­тан­ской фир­мы за­ку­пить по та­кой-то це­не. Мы про­ве­ри­ли, а эта фир­ма в лон­дон­ской квар­ти­ре еще с 50 та­ки­ми же объек­та­ми за­ре­гис­т­ри­ро­ва­на — ко­ро­че, от­но­ше­ния у нас не­ве­се­лые бы­ли, не­свет­лые...

— Тем не ме­нее как по­ли­тик, как пуб­лич­ный че­ло­век Ти­мо­шен­ко впе­чат­ле­ние про­из­во­дит?

— Да, без­ус­лов­но, воз­дей­ст­во­вать на мас­сы, за­вес­ти их она уме­ет, прав­да, с ог­ром­ней­ши­ми до­за­ми кон­цен­т­ри­ро­ван­но­го та­ко­го ци­низ­ма, хо­тя по­ли­ти­ка во мно­гом на дос­та­точ­но ци­нич­ных ве­щах стро­ит­ся.

— Вы­со­ко­го, од­на­ко, по­ле­та пти­ца?

— У нее, мне ка­жет­ся, од­но ка­чес­т­во есть, ко­то­ро­го нет у дру­гих, — очень быс­т­ро скры­тые тен­ден­ции она схва­ты­ва­ет, ко­то­рые еще не все ви­дят. Ду­маю, ошиб­ка ее — это ког­да по­сле осво­бож­де­ния из Ка­ча­нов­ской ко­ло­нии она сра­зу же на Май­дан при­еха­ла: по­ду­ма­ла, вид­но, что там ее ауди­то­рия.

— Сно­ров­ку по­те­ря­ла...

— Да, это круп­ный ее про­мах. Я да­же удив­лен был: как? На­столь­ко тон­ко ню­ан­сы слож­ных, мно­го­ярус­ных про­цес­сов она ощу­ща­ет и так по­па­лась... Но, во­об­ще-то, она жен­щи­на му­жес­т­вен­ная.

— Дол­го не тре­ни­ро­ва­лась — фор­му утра­ти­ла...

— Это еще раз под­твер­ди­ло, что по­ли­ти­ку ма­ло прос­то уме­лым го­во­ру­ном и хо­ро­шим ора­то­ром быть, тем бо­лее что на­род наш — элек­то­рат я имею в ви­ду — уже этим всем сыт. По­это­му дай Бог, что­бы в на­ро­де быс­т­рее про­свет­ле­ние про­изо­шло, по­то­му что, как я по­ни­маю, очень мно­го на­ших бед от то­го, что жи­вут лю­ди пло­хо, что боль­шин­ст­ву из них не­ког­да...

— ...ду­мать...

— ...со­бой, об­ра­зо­ва­ни­ем, осмыс­ле­ни­ем ин­фор­ма­ции за­ни­мать­ся, до по­ни­ма­ния то­го со­зре­вать, что пусть ты не пре­зи­дент и не пре­мьер, но от те­бя то­же за­ви­сит мно­гое. Ну нель­зя же толь­ко сло­вам ве­рить и за без­от­вет­ст­вен­ных по­пу­лис­тов, а тем бо­лее за греч­ку го­ло­со­вать — это­го в со­сто­яв­ших­ся, бо­га­тых, как мы го­во­рим, стра­нах нет и в по­ми­не. Мне вот в Швей­ца­рии на не­сколь­ких ре­фе­рен­ду­мах бы­вать при­хо­ди­лось, и один раз во вре­мя вы­бо­ров, и как ми­нис­т­ру обо­ро­ны, и как час­т­но­му ли­цу... Ни­ка­кой де­ма­го­гии — да вы что: это по срав­не­нию с на­ши­ми вы­бо­ра­ми или ре­фе­рен­ду­ма­ми не­бо и зем­ля.

— Ну так и нам до швей­цар­цев как до не­ба — а что де­лать?

— Проб­ле­ма в ос­нов­ном в бед­нос­ти, к со­жа­ле­нию, а по­пу­лизм без­бреж­ный не­об­ра­зо­ван­ность по­рож­да­ет... И глу­пость.

С трудом представляю, с какой целью могли Чорновила убить, – конкурентом Кучме он не являлся

— Евге­ний Ки­рил­ло­вич, не мо­гу вас о не­сколь­ких ре­зо­нан­с­ных по­ли­ти­ко-кри­ми­наль­ных де­лах не спро­сить и с убий­ст­ва Вя­чес­ла­ва Чор­но­ви­ла на­чну. Я вот ма­ши­наль­но "убий­ст­во" ска­зал, по­то­му что по­до­зре­ваю: это не слу­чай­ное ДТП бы­ло...

— Воз­мож­но...

— В свое вре­мя раз­го­во­ры хо­ди­ли, что у вас яко­бы плен­ка с ви­део­за­пи­сью име­ет­ся, на ко­то­рой не­кий под­пол­ков­ник МВД об учас­тии в опе­ра­ции по фи­зи­чес­ко­му устра­не­нию Вя­чес­ла­ва Мак­си­мо­ви­ча Чор­но­ви­ла рас­ска­зы­ва­ет, — так это убий­ст­во бы­ло?

— Я ни "да" не мо­гу ска­зать, ни "нет" — объяс­ню, по­че­му. Кста­ти, на­сколь­ко мне из­вес­тно, сей­час рас­сле­до­ва­ние во­зоб­нов­ле­но, произведена эк­с­гу­ма­ция, хо­тя в де­та­ли я не по­свя­щен...


Леонид Кучма, Евгений Марчук, Петр Порошенко, Виктор Король, Владимир Семиноженко, Леонид Черновецкий и другие, 1995 год. Фото: bulvar.com.ua

Леонид Кучма, Евгений Марчук, Петр Порошенко, Виктор Король, Владимир Семиноженко, Леонид Черновецкий и другие, 1995 год. Фото: bulvar.com.ua

 

 


— Прос­ти­те, но Та­рас Чор­но­вил да­же утвер­ж­дал, что за­каз­чи­ков убий­ст­ва его от­ца вы зна­е­те лич­но...

— Нет. Один раз с Та­ра­сом на эту те­му я го­во­рил, но ни­че­го та­ко­го ему не рас­ска­зы­вал — это он, на­вер­ное, что-то под­за­был. Речь о дру­гом шла: смот­ри­те, 99-й год...

— ...вы­бо­ры пре­зи­ден­та...

— Да, и Рух на­двое рас­ка­лы­ва­ет­ся (один Ген­на­дий Удо­вен­ко воз­глав­ля­ет, вто­рой — Юрий Кос­тен­ко) и в элек­то­раль­ном смыс­ле по­тен­ци­ал мгно­вен­но утра­чи­ва­ет. Мы зна­ем, что у Вя­чес­ла­ва Мак­си­мо­ви­ча рей­тинг тог­да то­же уже не очень вы­со­кий был: как ис­то­ри­чес­кая лич­ность, без­ус­лов­но, ав­то­ри­тет он имел, но од­но де­ло — лич­ные за­слу­ги и дру­гое — вы­бо­ры: это пер­вое. Вто­рое: Чор­но­вил дей­ст­ви­тель­но ста­рал­ся рас­ко­ло­тый Рух как-то восстановить, но мы зна­ем, что ему это не уда­ва­лось, по край­ней ме­ре, су­дя по официальной ин­фор­ма­ции... Тем не ме­нее ды­ха­ние вы­бо­ров ска­зы­ва­лось, и на во­прос: мо­жет Чор­но­вил сно­ва на вер­х­ние по­ли­ти­чес­кие эта­жи вы­рвать­ся или нет, от­ве­та тог­да од­но­знач­но­го не бы­ло.

Ду­маю, са­мо на­ли­чие та­кой фи­гу­ры власть бес­по­ко­и­ло — не ис­клю­че­но, что и Куч­му, но я, ес­ли чес­т­но, с тру­дом пред­став­ляю, с ка­кой це­лью мог­ли в тот мо­мент Чор­но­ви­ла убить.

— Убить по ука­за­нию Куч­мы, вы име­е­те в ви­ду?

— Да, по­че­му я так го­во­рю? По­то­му что кто тог­да был его глав­ный со­пер­ник на вы­бо­рах? «Ка­нев­ская чет­вер­ка» си­лу еще не на­бра­ла — это же вес­на, март ме­сяц, а мы толь­ко на День Не­за­ви­си­мос­ти 24 ав­гус­та за­яв­ле­ние сде­ла­ли. То есть для Куч­мы, по край­ней ме­ре в мо­ем по­ни­ма­нии, кон­ку­рен­том, ко­то­рый на этих вы­бо­рах мог бы бро­сить ему се­рье­з­ный вы­зов, Чор­но­вил не яв­лял­ся.

— Да­же Си­мо­нен­ко бо­лее ре­аль­ную угро­зу пред­став­лял, прав­да?

— На­мно­го боль­шую, но объек­том для свое­об­раз­но­го со­про­вож­де­ния Вя­чес­лав Мак­си­мо­вич, я уве­рен, мог оста­вать­ся.

Итак, ко­нец ле­та 1999 го­да, вы­бо­ры пре­зи­ден­та уже идут. Мы соз­да­ли штаб, но я в нем поч­ти не бы­вал — все вре­мя по Укра­и­не ез­дил. На день-два до­мой за­гля­ну — и сно­ва в путь, а в штаб раз в не­де­лю при­хо­дил: мно­го раз­ной поч­ты ту­да по­сту­па­ло.

Однаж­ды ка­кой-то плот­ный и тол­с­тый кон­верт фор­ма­та А-4 при­но­сят, а при­сы­ла­ли в та­кой упа­ков­ке мно­го че­го — и кни­ги, и пись­ма, то есть та­ким, что сра­зу в гла­за среди кипы бу­маг бро­са­ет­ся, он не был — ка­кой-то об­рат­ный ад­рес там ука­зан, мне не из­вест­ный: ско­рее все­го, фаль­ши­вый.

Ко­ро­че, кон­верт этот от­кры­ваю, а в нем где-то 25 бе­лых лис­тов, от ру­ки ис­пи­сан­ных. Очень хо­ро­шо пом­ню: ког­да я взял эту стоп­ку за угол, она с дру­гой сто­ро­ны та­ким ве­е­ром рас­кры­лась и мне в гла­за бро­си­лось, что лис­ты в двух мес­тах чуть-чуть бе­лее осталь­ных. Сра­зу зна­че­ния это­му я не при­дал: ну ма­ло ли, бу­ма­ги та­кой не бы­ло, — но по­том, ког­да пись­мо про­чи­тал...

Сей­час уже мож­но ска­зать... Кста­ти, я это на за­се­да­нии вре­мен­ной след­ст­вен­ной ко­мис­сии Вер­хов­ной Ра­ды го­во­рил — еще ког­да пар­ла­мент­ское рас­сле­до­ва­ние проводилось и все это всплы­ло и начало экс­плу­а­ти­ро­вать­ся не­ко­то­ры­ми по­ли­ти­ка­ми. Там и Та­рас Чор­но­вил при­сут­ст­во­вал — я, един­ст­вен­но, по­про­сил: ес­ли мож­но, что­бы Та­рас вы­шел, не слу­шал, что­бы по­ща­дить его са­мо­лю­бие...

— И что же там бы­ло?

— Сей­час рас­ска­жу. Ру­ко­пис­ный текст, об­ра­ще­ние Вя­чес­ла­ва Мак­си­мо­ви­ча Чор­но­ви­ла к со­труд­ни­ку КГБ УССР (ну, фа­ми­лию я про­пус­каю — он, во­об­ще-то, на­чаль­ни­ком од­но­го из от­де­лов 5 Управ­ле­ния был, ко­то­рый те­ми проб­ле­ма­ми за­ни­мал­ся, что тю­рем­ны­ми ре­шет­ка­ми за­кан­чи­ва­лись, и че­рез ко­то­рый де­ло са­мо­го Чор­но­ви­ла про­шло). Я тог­да быс­т­ро все про­лис­тал, что­бы по­нять, что к че­му... Все 20 с лиш­ним стра­ниц ксе­ро­ко­пи­ей ока­за­лись, но по­черк один и тот же — при пер­вом про­смот­ре так по­ка­за­лось, и в кон­це сло­ва "пе­ре­смот­рел", "со­жа­лею", "го­тов" (ну, там по-ук­ра­ин­ски, ко­неч­но, все на­пи­са­но). Прось­бы о по­ми­ло­ва­нии, в об­щем, там не бы­ло, но имен­но это пись­мо бы­ло очень по­хо­же на по­ка­ян­ное.

Я из Служ­бы без­опас­нос­ти в 94-м го­ду ушел, про­ра­бо­тав там три го­да пред­се­да­те­лем СБУ, пись­мо же еще вре­ме­на­ми ка­гэ­бэш­ны­ми да­ти­ро­ва­но. Но я знал, что та­кое пись­мо дей­ст­ви­тель­но существовало, и не толь­ко мне об этом бы­ло из­вес­т­но — мно­гим, бо­лее то­го, я ког­да-то про­лис­ты­вал его ори­ги­нал, но де­таль­но не чи­тал, — не моя это сфе­ра де­ятель­нос­ти. Хо­тя суть его пом­ню.

Что еще здесь важ­но. Для ме­ня как для кан­ди­да­та в пре­зи­ден­ты, тем бо­лее та­ко­го, ко­то­ро­го мно­го зна­ко­вых фи­гур на пра­вом по­ли­ти­чес­ком спек­т­ре под­дер­жа­ло: Лев­ко Лу­кья­нен­ко, Юрий Шу­хе­вич, Ярос­ла­ва Стець­ко, то есть КУН, — это пись­мо, ка­за­лось, дол­ж­но быть очень вы­год­ным. На это, ви­ди­мо, и рас­счи­ты­ва­ли ор­га­ни­за­то­ры этой ак­ции.

Кто фальшивку по Чорновилу изготовил? Да Служба безопасности моя родная!

— Опуб­ли­ко­вать та­кое — и все, кон­ку­рен­та нет: пра­виль­но?

— Да, без­ус­лов­но. Но Вя­чес­ла­ва Чор­но­ви­ла-то уже нет в жи­вых.

— И за­ман­чи­во же...

— Но я вам од­ну де­таль со­об­щу. Это же 1999 год, ксе­рок­сов в Ки­е­ве еще не так мно­го, но они уже есть, и я вни­ма­ние об­ра­щаю на то, что бу­ма­га слиш­ком твер­дая... Точ­но та­кая, ка­кая ис­поль­зо­ва­лась на ксе­рок­се в КГБ в то вре­мя, ког­да он пер­вый раз там по­явил­ся. Он по­ло­ви­ну вот этой (по­ка­зы­ва­ет) ком­на­ты за­ни­мал, и, что­бы что-то ско­пи­ро­вать, за­яв­ле­ние на­до бы­ло пи­сать, что то­бі вкрай пот­ріб­но... В об­щем, ко­нец све­та! — еще и в оче­ре­ди по­сто­ять при­хо­ди­лось. Был да­же ли­мит уста­нов­лен — ес­ли не оши­ба­юсь, не боль­ше 30 стра­ниц, и для не­го имен­но эта бо­лее твер­дая и не та­кая бе­лая, как обыч­но, бу­ма­га ис­поль­зо­ва­лась — фор­ма­та А4.


Премьер-министр Украины Евгений Марчук с президентом Украины Леонидом Кучмой, 1995 год. Фото: bulvar.com.uа

Премьер-министр Украины Евгений Марчук с президентом Украины Леонидом Кучмой, 1995 год. Фото: bulvar.com.uа

 

 


— В кон­вер­те имен­но та­кая бы­ла?

— Да, и вна­ча­ле, ког­да текст я чи­тал, упус­тил это из ви­ду, а по­том как про­стре­ли­ло: ел­ки, да эти же лис­ты мне зна­ко­мы, а что тут за лис­ты-встав­ки бе­лые? По­смот­рел — это уже дру­гая бу­ма­га: по твер­дос­ти, мо­жет, чуть-чуть от­ли­ча­ет­ся — так сра­зу и не опре­де­лишь, но ес­ли на фак­ту­ру по­смот­реть...

— Фаль­шив­ка ока­за­лась?

— Ко­неч­но, но что са­мое ин­те­рес­ное... Я по­том чи­тать на­чал — их в двух мес­тах по две-три стра­ни­цы бы­ло, сей­час уже точ­но не пом­ню... По­черк по­хож, как и по все­му тек­с­ту — быс­т­рый, без осо­бой ак­ку­рат­нос­ти, и имен­но в этих бо­лее бе­лых лис­тах-встав­ках са­мые уни­зи­тель­ные для Чор­но­ви­ла ве­щи бы­ли. Под­де­лать по­черк ни­ка­ко­го тру­да для КГБ не со­став­ля­ло. Но сде­ла­но бы­ло мас­тер­ски — об­щую то­наль­ность и смысл эти встав­ные лис­ты не на­ру­ша­ли и, в об­щем-то, бы­ли очень близ­ки к ори­ги­на­лу, за ис­клю­че­ни­ем од­но­го-двух до­пи­сан­ных уже не Чор­но­ви­лом пред­ло­же­ний на каж­дой стра­ни­це. Имен­но эти пред­ло­же­ния и ого­ля­ли смысл пись­ма до пря­мо­ли­ней­ных и уни­зи­тель­ных для Чор­но­ви­ла фор­му­ли­ро­вок.

— Спе­ци­а­лис­ты...

— Лю­бой кри­ми­на­лист-графолог, ес­ли день-два по­си­дит, с этой за­да­чей спра­вит­ся (по­то­му что все — на­при­мер, сте­пень и ха­рак­тер на­жи­ма — под­де­лать нель­зя)...

— Итак, это фаль­шив­ка бы­ла?

— 100 про­цен­тов!

— Кто же из­го­то­вил ее?

— Да Служ­ба без­опас­нос­ти моя род­ная, по­то­му что зна­ли, ко­му при­слать и за­чем, — что­бы в ин­фор­ма­ци­он­ное прос­тран­ст­во ее вбро­сил...

— То есть Вя­чес­ла­ва Мак­си­мо­ви­ча ва­ши­ми ру­ка­ми хо­те­ли дис­кре­ди­ти­ро­вать?

— Рас­чет там, я ду­маю, еще бо­лее хит­рый был. Смот­ри­те, Чор­но­ви­ла уже нет в жи­вых, а есть два кан­ди­да­та в пре­зи­ден­ты от уже двух Рухов: Кос­тен­ко и Удо­вен­ко.

— Убрать обо­их!

— Ду­маю, не убрать, а мак­си­маль­но ме­ня с ни­ми в дряз­ги втя­нуть, то есть, ес­ли я это пись­мо от сво­е­го име­ни ле­га­ли­зую и вле­зу в по­яс­не­ния, за­чем я это сде­лал имен­но во вре­мя вы­бо­ров, гром­кое про­ти­во­сто­я­ние с Кос­тен­ко и Удо­вен­ко по­лу­чу га­ран­ти­ро­ва­нно.

— Во вза­им­ных об­ви­не­ни­ях вы бы по­гряз­ли...

— ...а из­би­ра­те­ли на пра­вом по­ли­ти­чес­ком спек­т­ре, ко­то­рые ме­ня под­дер­жи­ва­ли, точ­но бы от­вер­ну­лись. "Ты что? — спро­си­ли бы. — Да­же ес­ли это так, за­чем это де­ла­ешь имен­но сей­час?". По­это­му пись­мо это в ход я не пус­тил — бо­лее то­го, по­том, при­гла­сив ко­го-то из со­рат­ни­ков (а в шта­бе ка­мин был), по од­но­му лис­ти­ку чи­тал и бро­сал в огонь. Хо­тя я точ­но знаю, что ори­ги­нал это­го пись­ма Вя­чес­ла­ва Мак­си­мо­ви­ча к на­чаль­ни­ку од­но­го из от­де­лов 5 Управ­ле­ния в де­ле Чор­но­ви­ла вре­мен КГБ был. Я ви­дел его ори­ги­нал и в об­щем пом­ню его со­дер­жа­ние. Но пе­ре­ска­зы­вать не бу­ду.

Ну и по­след­нее. У ме­ня прин­цип есть: ни­ког­да не ска­жу то­го, что го­во­рить не на­до.

Да­же ес­ли мне это вы­год­но, осо­бен­но сей­час. Не из­ме­нил ему и здесь — ес­ли при­нял ре­ше­ние, зна­чит, все! То есть за­мы­сел стол­к­нуть ме­ня с обо­ими Руха­ми и их сто­рон­ни­ка­ми тог­да не удал­ся. И тог­да уже близ­ко к за­вер­ше­нию пер­во­го ту­ра вы­бо­ров бы­ла за­дей­ст­во­ва­на дру­гая — бо­лее хит­рая про­во­ка­ция.

Ког­да до вы­бо­ров где-то не­де­ля оста­ва­лась (а мо­жет, дней 10), я в оче­ред­ной раз в Ки­ев при­ехал и в поч­те кон­верт с кас­се­той на­шел. Она бы­ла не­стан­дар­т­ная для то­го вре­ме­ни, зна­чи­тель­но мень­ших раз­ме­ров, тог­да же вэ­ха­э­сов­ские в ос­нов­ном ис­поль­зо­ва­лись, и у нас под них пле­е­ры бы­ли, а это так на­зы­ва­е­мая вось­мер­ка... "А что за кас­се­та?" — сек­ре­та­ря спро­сил, а она пле­ча­ми по­жа­ла: "Не знаю — кто-то при­слал, а пле­е­ра та­ко­го у нас нет". — "Ну най­ди­те". — "А что, там что-то сроч­ное?". Ни­ка­ко­го на­ме­ка на сроч­ность, од­на­ко, не бы­ло — вот при­сла­ли, и все. Да­же ни­ка­ко­го лис­ти­ка не вло­жи­ли, а на кон­вер­те внут­ри од­но сло­во на­пи­са­но бы­ло: то ли "Ці­ка­во", то ли "Вар­то" — что-то та­кое, но ни­ка­кой ин­т­ри­ги.

Дня че­рез три пле­ер на­шли, но я уже уехал, и вот, ког­да до окон­ча­ния из­би­ра­тель­ной кам­па­нии, на­вер­ное, дней пять оста­ет­ся, смот­рю эту кас­се­ту — сно­ва Чор­но­вил! Я, на­вер­ное, раз семь по этой кас­се­те и в про­ку­ра­ту­ре, и в ми­ли­ции был до­про­шен, при­чем, что ин­те­рес­но, толь­ко один сле­до­ва­тель из ми­ли­ции су­пер­про­фес­си­о­наль­ные во­про­сы мне за­да­вал, ко­то­рые до не­го ни­кто не ста­вил, а я, чес­т­но го­во­ря, хо­тя кан­ди­дат­скую дис­сер­та­цию по кри­ми­на­лис­ти­ке за­щи­тил, сра­зу вни­ма­ния на это не об­ра­тил: не до то­го бы­ло!

Не­из­вест­ный че­ло­век на плен­ке, ко­то­рый был в мас­ке и пол­ков­ни­ком ми­ли­ции пред­ста­вил­ся, утвер­ж­дал, что в спец­под­раз­де­ле­нии ми­ли­ции слу­жил. И вот этот сле­до­ва­тель спро­сил: "На пер­вых кад­рах эк­ран пус­той или че­ло­век уже на эк­ра­не?". — "Пус­той. На эк­ра­не ка­кая-то сте­на", — я от­ве­тил. "Он вхо­дит или ка­ме­ра на не­го на­ез­жа­ет?". — "За­хо­дит, са­дит­ся". — "Сло­же­ние у не­го ка­кое?". — "Та­кое-то". Даль­ше о мас­ке: "Ка­ко­го она цве­та?" (до это­го ни­кто не спра­ши­вал). Я: "Да там не мас­ка, а ку­сок кле­ен­ки — при­бли­зи­тель­но та­ко­го-то цве­та". — "Как это бы­ло за­креп­ле­но?". — "По бо­кам не­мно­го, толь­ко ве­ре­воч­ки вид­ны, а за­вя­за­ны где-то сза­ди". — "Что вид­но?". — "Про­ре­зи для глаз". — "А для рта, но­са?". — "Для но­са не бы­ло". — "Он вы­пи­рал?". — "Не очень". — "Зна­чит, мас­ка твер­дая?". — "Ну, на­вер­ное". Даль­ше: "Гла­за как по­са­же­ны?". — "Очень уз­ко". — "На что-ни­будь еще вни­ма­ние об­ра­ти­ли?". И тут я вспом­нил:: "На нем же под мас­кой кон­ту­ры оч­ков хо­ро­шо про­смат­ри­ва­лись". И текст он чи­тал как-то на­пря­жен­но.

Итак, че­ло­век в оч­ках, не в ба­лак­ла­ве на ви­део был, не в эки­пи­ров­ке — са­мо­паль­ную мас­ку с не­боль­ши­ми про­ре­зя­ми для глаз и рта на­дел. Во-пер­вых, ми­ли­ци­о­нер ни­ког­да бы в та­кой ерун­де это­го бы не де­лал, а во-вто­рых, опе­ра­тив­ник-спец­на­зо­вец и в оч­ках, из­ви­ни­те, нон­сенс, но это уже, так ска­зать, де­та­ли для след­ст­вия.

Ночью голос в трубке полупьяный: "Ну так что? Ты будешь там что-то делать?"

— Что же на этой кас­се­те бы­ло?

— За­пись ми­ну­ты на пол­то­ры. Я раз по­смот­рел, по­том вто­рой: что за ерун­да? По­том Гри­го­рию Омель­чен­ко и по­кой­но­му Ана­то­лию Ерма­ку ее по­ка­зал — ак­тив­но­го учас­тия в мо­ей пред­вы­бор­ной кам­па­нии они не при­ни­ма­ли, но в штаб ино­гда при­хо­ди­ли. Пом­ню, я еще ска­зал: "Зна­е­те, мне ка­жет­ся, что во рту плас­ти­ну он дер­жит" — то есть го­во­рил так, буд­то ему что-то ме­ша­ет...

— ...что­бы не узна­ли...

— Спе­ци­а­лис­ты, ко­то­рые этим за­ни­ма­ют­ся, зна­ют, что спо­со­бов дик­цию ис­ка­зить мно­го. Ко­ро­че, на плен­ке бы­ло прак­ти­чес­ки то же за­пи­са­но, что Омель­чен­ко че­рез год озву­чил, толь­ко чуть мень­ше. Кста­ти, мы вни­ма­ние об­ра­ти­ли, что ри­то­ри­ка бы­ла не со­труд­ни­ка ми­ли­ции, а, ско­рее, по­ли­ти­чес­кая, а суть та­ко­ва, что спец­опе­ра­ция по унич­то­же­нию на­род­но­го де­пу­та­та Укра­и­ны Вя­чес­ла­ва Чор­но­ви­ла про­ве­де­на, — мол, на­блю­де­ние за его ма­ши­ной ве­лось, во­ди­тель Удо­вен­ко, мол, был ми­ли­цей­ский агент, и по­том был дан сиг­нал... То есть тот, кто это го­во­рил, ситуацию хорошо знал. Она бы­ла ши­ро­ко из­вес­т­на и ак­тив­но об­суж­да­лась в ме­диа, ведь про­шло уже боль­ше по­лу­го­да.

Да, там не толь­ко Чор­но­вил фи­гу­ри­ро­вал, хо­тя он, ко­неч­но, глав­ный, — про­зву­ча­ли фа­ми­лии ге­не­ра­ла ми­ли­ции Эду­ар­да Фе­ре и ми­нис­т­ра внут­рен­них дел Юрия Крав­чен­ко, ко­то­рые бы­ли еще жи­вы, и даль­ше прак­ти­чес­ки все пол­то­ры ми­ну­ты текст шел, что мы бу­дем бо­роть­ся, за­яв­лять и так да­лее...

Я по­ду­мал: "Черт-те что с этой кас­се­той — пусть по­ле­жит. По­че­му при­сла­ли мне, а не Кос­тен­ко или Удо­вен­ко?". По­том мне во­прос за­да­ва­ли: "А по­че­му вы ее не пе­ре­да­ли след­ст­вию?". — "Ко­му? — пе­ре­спра­ши­вал. — Крав­чен­ко?".

— Если он и его пра­вая ру­ка Фе­ре упо­ми­на­ют­ся...

— Ну да! В Служ­бу без­опас­нос­ти от­нес­ти? Отку­да не­дав­но по Чор­но­ви­лу пись­мо при­сла­ли, ко­то­рое я унич­то­жил. До вы­бо­ров, я уже ска­зал, где-то не­де­ля или да­же мень­ше оста­ва­лось. И вот что са­мое ин­те­рес­ное — по­том тот же ми­ли­цей­ский сле­до­ва­тель за эти де­та­ли ухва­тил­ся: ви­ди­мо, на­сто­я­щий сле­до­ва­тель.

Про­хо­дит день-два (ну а мне же не до кас­се­ты), и поз­д­но-поз­д­но, уже поч­ти но­чью, зво­нок на до­маш­ний те­ле­фон раз­да­ет­ся. Го­лос в труб­ке по­лу­пья­ный та­кой, чуть ха­мо­ва­тый (или че­ло­век пья­но­го ими­ти­ро­вал): "Ну так что?" — и на ты.

— Со­всем обез­умел...

— "Ты по­лу­чил?". Го­вор ук­ра­ин­ский, не рус­ский, но на рус­ском язы­ке: "Ты бу­дешь там (с уда­ре­ни­ем на этом сло­ве) что-то де­лать?". Я ему: "Слу­шай, да­вай встре­тим­ся". — "Да по­до­жди, ка­кие встре­чи? Ты де­лать бу­дешь или нет?". Я: "Да­вай пря­мо сей­час уви­дим­ся", а уже ночь, где-то 12. "Ну при чем тут это? Ты де­лай да­вай!" — и труб­ку по­ло­жил.

— Дер­з­кий, слу­шай­те...

— Ког­да че­рез не­сколь­ко лет до­про­сы по­шли, я про­ку­ра­ту­ре но­мер ста­ци­о­нар­но­го те­ле­фо­на дал, на ко­то­рый зво­нок этот по­сту­пил: мо­жет, сле­ды ка­кие-то там оста­лись? Но вре­мя ж про­шло — ко­неч­но, ни­че­го не на­шли. Но вер­нем­ся на­зад. Если я даю ход этой кас­се­те, а это фаль­шив­ка и я ни­чем до­ка­зать не мо­гу, что это прав­да, по­то­му что че­ло­ве­ка, ко­то­рый ав­тор­ст­во под­твер­дил бы, нет... То есть я га­ран­ти­ро­ван­но втя­ги­ва­юсь в су­деб­ный про­цесс с МВД и га­ран­ти­ро­ван­но его про­иг­ры­ваю за не­сколь­ко дней до пре­зи­дент­ских вы­бо­ров и, бо­лее то­го, по­лу­чаю об­ви­не­ние в рас­прос­т­ра­не­нии лож­ной ин­фор­ма­ции о со­вер­ше­нии тяж­ко­го пре­ступ­ле­ния, да еще и груп­пой го­су­дар­ст­вен­ных слу­жа­щих. А у ме­ня ведь ста­тус на­род­но­го де­пу­та­та двух со­зы­вов и быв­ше­го ру­ко­во­ди­те­ля СБУ. То есть не мог не знать, что нель­зя та­кую не­прав­ди­вую ин­фор­ма­цию рас­прос­т­ра­нять... Уго­лов­ная ста­тья га­ран­ти­ро­ва­на. Не го­во­ря уже о сня­тии с пре­зи­дент­ских вы­бо­ров. Крав­чен­ко и Дер­кач по­ста­ра­лись бы. За­мы­сел был гра­мот­ный, ни­че­го не ска­жешь.

Если бы это был дей­ст­ви­тель­ный офи­цер ми­ли­ции и он дей­ст­ви­тель­но хо­тел по­мочь след­ст­вию в де­ле о ги­бе­ли Чор­но­ви­ла, по­няв, что Мар­чук яко­бы не да­ет хо­да этой кас­се­те, он од­но­знач­но пе­ре­слал бы эту кас­се­ту ру­хов­цам Удо­вен­ко или Кос­тен­ко, или да­же Мо­ро­зу, или сы­ну Чор­но­ви­ла Та­ра­су, или прос­то на­пра­вил бы на все те­ле­ка­на­лы. Или на­шел бы мно­го дру­гих спо­со­бов ее ле­га­ли­за­ции.

Пер­вый тур вы­бо­ров мы про­иг­ры­ва­ем из-за то­го, что Сан Са­ныч "ка­нев­скую чет­вер­ку" ус­пеш­но раз­ва­ли­ва­ет. Это от­дель­ный раз­го­вор. По­том Алек­сандр Вол­ков (тог­да по­мощ­ник Куч­мы) при­хо­дит и го­во­рит, что Пре­зи­дент хо­тел бы со мной встре­тить­ся. Ко­ро­че, дол­ж­ность сек­ре­та­ря Сов­бе­за мне пред­ло­жи­ли.

Я в штаб при­хо­жу, лю­дей со­би­раю... Ме­ня же семь пар­тий под­дер­жи­ва­ли — не та­кие боль­шие, но семь, и лю­ди там со­лид­ные: я прос­то ре­ше­ние сам при­нять не мог. 

Ко­ро­че, один ве­чер мы об­суж­да­ем — ни до че­го не до­го­во­ри­лись. Да или нет? — од­но­знач­но­го от­ве­та у ме­ня тог­да не бы­ло, по­то­му что на мо­мент вы­бо­ров я был пред­се­да­телем Ко­ми­те­та по во­про­сам со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки и тру­да в Вер­хов­ной Ра­де. Впе­ре­ди еще три го­да пол­но­мо­чий, зар­пла­та у ме­ня боль­ше, чем у сек­ре­та­ря Сов­бе­за, плюс пар­ла­мент­ская и те­ле­ви­зи­он­ная три­бу­на, де­пу­тат­ский им­му­ни­тет до 2002 го­да — за­чем что-то ме­нять? Я был не без­ра­бот­ный по­ли­тик. Сек­ре­тарь СНБО кто? Зав­т­ра Куч­ма на­зна­чил, а по­сле­зав­т­ра уво­лил — и все, и ког­да мы это об­суж­да­ли, я пред­ло­жил: "Да­вай­те так... Уль­ти­ма­ту­мы в этой си­ту­а­ции ста­вить я не бу­ду. Да­вай­те на ос­но­ве на­шей из­би­ра­тель­ной про­грам­мы пись­мо-пред­ло­же­ние сфор­му­ли­ру­ем. Его суть — сек­ре­тарь СНБО бу­дет в том чис­ле и во­про­са­ми борь­бы с ор­га­ни­зо­ван­ной пре­ступ­нос­тью на выс­ших уров­нях влас­ти за­ни­мать­ся.

Чес­т­но го­во­ря, не по-брат­ски мы с Куч­мой встре­ти­лись — так, на­бы­чив­шись. Ну, вы­бо­ры лад­но — мол, все рав­но о стра­не на­до ду­мать. Я тог­да сфор­му­ли­ро­вал и об­ос­но­вал од­ну из так на­зы­ва­е­мых бро­шен­ных проб­лем в борь­бе с ор­га­ни­зо­ван­ной пре­ступ­нос­тью на выс­ших эше­ло­нах влас­ти как од­ну из клю­че­вых. "По­ки­ну­ті проб­ле­ми" — это на­зы­ва­лось.

Ко­ро­че, вто­рой раз мы со­би­ра­ем­ся — и па­ни Сла­ва Стець­ко, пред­се­да­тель Кон­г­рес­са ук­ра­ин­ских на­ци­о­на­лис­тов, и Лев­ко Лу­кья­нен­ко, и Юрий Шу­хе­вич, ко­то­ро­му по­зво­ни­ли, по­то­му что он ме­ня то­же под­дер­жи­вал, и Вла­ди­мир Стре­то­вич, и Сер­гей Пе­ре­сунь­ко го­во­рят: "Да, на­вер­ное, со­гла­шать­ся на­до. Вы же зна­е­те, что к че­му в сфе­ре без­опас­нос­ти и тем бо­лее, ес­ли не­об­хо­ди­мые пол­но­мо­чия бу­дут, ну а ес­ли нет, всег­да уй­ти мож­но...".

За не­сколь­ко дней до вто­ро­го ту­ра я со­гла­сие дал — за­яв­ле­ние сде­лал, объяс­нил, по­че­му это пред­ло­же­ние при­нял и на ка­ких усло­ви­ях... Ска­зал, что есть со­гла­сие Куч­мы на то, что сек­ре­тарь Сов­бе­за бу­дет за­ни­мать­ся и во­про­са­ми орг­прес­туп­нос­ти в выс­ших эше­ло­нах влас­ти. И на­до дол­ж­ное от­дать: на пер­вом эта­пе Куч­ма дей­ст­ви­тель­но не ме­шал — на­обо­рот, да­же в не­ко­то­рых ве­щах по­мо­гал. До тех пор, по­ка мы уже страш­ные ве­щи не за­це­пи­ли.

Сло­вом, о кас­се­те я лишь по­том вспом­нил, по­то­му что я точ­но знал ей ре­аль­ную це­ну — чис­тая про­во­ка­ция. Не удав­ша­я­ся. Про­па­ла она, мо­жет, и слу­чай­но, ког­да из­би­ра­тель­ный штаб за­вер­шил свою ра­бо­ту, а мо­жет, ее за­брал кто-то из со­труд­ни­ков шта­ба, сре­ди ко­то­рых, как я уста­но­вил в про­цес­се вы­бо­ров, бы­ло два аген­та СБУ, и я ино­гда втем­ную ис­поль­зо­вал их для дез­ин­фор­ма­ции са­мой СБУ. Она ведь тог­да ве­ла ак­тив­ную ра­бо­ту про­тив ме­ня. И это я так­же знал дос­то­вер­но.

Если бы прослушку кабинета Кучмы организовал я, он точно был бы в импичменте – глубоком и далеком: я не шучу

— Если от де­та­лей отой­ти... Вы зна­е­те, кто Чор­но­ви­ла убил?

— Нет, не знаю. Я по­том ми­ли­цей­ско­го сле­до­ва­те­ля спра­ши­вал, по­сколь­ку на­сто­я­ще­го про­фи в нем по­чув­ст­во­вал: "А эк­с­пе­ри­мент вы про­во­ди­ли?". Там же все вза­и­мос­вя­за­но: с ка­кой ско­рос­тью ма­ши­ны дви­га­лись, ка­ко­во со­сто­я­ние до­ро­ги бы­ло? Уста­лость во­ди­те­ля? Сля­коть, ночь, ви­ди­мость, и по­том, ме­ня ин­те­ре­со­ва­ло, по­че­му под­уш­ка без­опас­нос­ти не сра­бо­та­ла. Он от­ве­тил: "Да, мы это то­же рас­ка­пы­ва­ли. Ма­ши­на не в КамАЗ или в при­цеп вре­за­лась, а в стык меж­ду ни­ми, в сцеп­ле­ние, по­это­му удар был не сто­пор­ный». Так он по­яс­нял — как бы­ло на са­мом де­ле, не знаю, а эк­с­гу­ма­цию тог­да еще не де­ла­ли. По его сло­вам, в ава­рии бы­ло мно­го про­ти­во­ре­чи­во­го, но он, ко­неч­но, си­ту­а­тив­ную сто­ро­ну, а не над­строй­ку рас­сле­до­вал...

— ...не по­ли­ти­чес­кую со­став­ля­ю­щую...

— Я не ис­клю­чаю, что ком­би­на­ция мес­то иметь мог­ла, — един­ст­вен­но, что труд­но пред­ста­вить: ко­му и за­чем на­до бы­ло Чор­но­ви­ла уби­рать? На тот мо­мент глав­ным кон­ку­рен­том, ли­де­ром оп­по­зи­ции он не был...

— ...осо­бо­го вли­я­ния не имел...

— Здесь един­ст­вен­ное мог­ло быть: то же, что и с жур­на­лис­том Гон­гад­зе про­изо­шло. Куч­ма, на­вер­ное, ми­нис­т­ру внут­рен­них дел не го­во­рил: "Я, пре­зи­дент Куч­ма, даю те­бе ука­за­ние Ге­ор­гия Гон­гад­зе убить за то, что он ме­ня кри­ти­ку­ет" — он, как те­перь из­вес­т­но, дру­гие сло­ва про­из­но­сил, а Крав­чен­ко, ко­то­рый трех­крат­ные но­та­ции в свой ад­рес по по­во­ду Гон­гад­зе как не­до­воль­ст­во Пре­зи­ден­та вос­при­ни­мал, по-сво­е­му их транс­фор­ми­ро­вал. Ведь он был под­чи­нен­ный Пре­зи­ден­та. В дан­ном слу­чае я не ис­клю­чаю, что мог­ла быть так­же ини­ци­а­ти­ва про­яв­ле­на — из же­ла­ния "по­да­рок" на­чаль­ни­ку сде­лать: не ис­клю­чаю! (За­дум­чи­во). Если бы про­ко­пать все уда­лось... Под это мое "не ис­клю­чаю" ло­жит­ся и то, что Фе­ре в ко­ме дер­жа­ли...

— ...лет шесть...

— ...и я не знаю, бы­ло ли это его ес­тес­т­вен­ным со­сто­я­ни­ем, по­то­му что че­ло­ве­ка мож­но и в ис­кус­ствен­ную ко­му ввес­ти.

— Смот­ри­те: Крав­чен­ко в жи­вых нет, Фе­ре нет...

— Там во­об­ще го­ра тру­пов! Ге­не­ра­ла Опа­на­сен­ко не ста­ло — это же он ма­ши­ны на­руж­ки МВД вы­чис­лил, ко­то­рые за Гон­гад­зе ра­бо­та­ли.

— Очень при­лич­ный был че­ло­век, меж­ду про­чим, Петр Ни­ки­тич...

— ...и про­фи боль­шой. Это же он Пу­ка­чу по­зво­нил: "Слу­шай, это твои за ним ра­бо­та­ли?". И так не­ожи­дан­но умер — в 68 лет.

— Дей­ст­ви­тель­но, го­ра тру­пов...

— Да — Да­га­ев, Крав­чен­ко, Фе­ре, Опа­на­сен­ко... Два ге­не­рал-пол­ков­ни­ка, один ге­не­рал-май­ор и ми­ли­цей­ский ге­не­рал ар­мии... Я уточ­няю обыч­но: из важ­ных сви­де­те­лей в жи­вых двое по­ка оста­ют­ся.

— Алек­сей Пу­кач...

— ...и май­ор Мель­ни­чен­ко, хо­тя ино­гда еще и ме­ня на­зы­ва­ют...

— Я, на­вер­ное, не оши­бусь, ес­ли де­ло Ни­ко­лая Мель­ни­чен­ко са­мым на­шу­мев­шим за вре­мя не­за­ви­си­мос­ти Укра­и­ны на­зо­ву — весь мир оно вско­лых­ну­ло...

— Да, в ис­то­рию точ­но вой­дет...

— Вы утвер­ж­да­е­те, что быв­ший со­труд­ник Управ­ле­ния го­су­дар­ст­вен­ной охра­ны Укра­и­ны об­на­ро­до­вал раз­го­во­ры, яко­бы за­фик­си­ро­ван­ные в ка­би­не­те пер­во­го ли­ца, пра­во­мер­но, а спе­ци­а­лис­ты в один го­лос твер­дят, что за май­о­ром Мель­ни­чен­ко сто­ял ге­не­рал ар­мии Мар­чук...

— Да, я это знаю.

— Кро­ме вас, дес­кать, спе­ци­а­лис­тов та­ко­го уров­ня в стра­не нет, по­это­му спро­шу без оби­ня­ков: прав­да ли, что про­слуш­ку ка­би­не­та пре­зи­ден­та Куч­мы ор­га­ни­зо­ва­ли имен­но вы?

— Отве­чу вам так: ес­ли бы ор­га­ни­зо­вы­вал я...

— ...сде­ла­ли бы это луч­ше...

— ...Куч­ма точ­но был бы в им­пич­мен­те — глу­бо­ком и да­ле­ком: я аб­со­лют­но не пре­уве­ли­чи­ваю и не шу­чу, по­то­му что очень мно­гое там с про­фес­си­о­наль­ной точ­ки зре­ния сде­ла­но бы­ло не­пра­виль­но. Лю­бой опер зна­ет, как ауди­о­ма­те­ри­а­лы до­ку­мен­ти­ро­вать: ес­ли па­у­за 40 ми­нут, пред­по­ло­жим, длит­ся, ее на­до 40 ми­нут, не сти­рая, дер­жать, то есть пи­сать — это пер­вое. А вто­рое... Ну не так бы про­из­во­ди­лась ре­а­ли­за­ция все­го то­го, что в «кас­сет­ный скан­дал" вы­ли­лось. "Кас­сет­ный скан­дал» по­спеш­но пре­вра­ти­ли в по­ли­ти­чес­кий скан­дал, а не в кри­ми­наль­но-пра­во­вой, се­рье­з­но дис­кре­ди­ти­ро­вав до­ка­за­тель­ную ба­зу. С дру­гой сто­ро­ны, ког­да мне го­во­ри­ли как-то: да там про­слуш­ки еще с со­вет­ских вре­мен...

— Вот-вот, в ко­ро­бах яко­бы про­во­да, по ко­то­рым Щер­биц­ко­го в свое вре­мя из Мос­к­вы слу­ша­ли...

— Да ерун­да со­ба­чья! В та­ких зда­ни­ях, в та­ких ка­би­не­тах на­столь­ко при­дир­чи­вые осмот­ры и ре­ви­зии про­во­ди­лись, что дер­жись. Тем бо­лее при пред­се­да­те­ле СБУ Ле­о­ни­де Дер­ка­че, ко­то­рый че­ло­век Ле­о­ни­да Куч­мы был и да­же, го­во­рят, ка­кой-то чуть ли не его да­ле­кий род­ст­вен­ник. Там же все пе­ре­ка­пы­ва­ли бук­валь­но, и не толь­ко при Дер­ка­че. А с дру­гой сто­ро­ны, я эк­с­пе­ри­мент од­наж­ды про­вел. "Слу­шай, — че­ло­ве­ку од­но­му пред­ло­жил, — возь­ми два мо­биль­ни­ка, с од­но­го на дру­гой по­зво­ни и оба не вы­клю­чай. Один те­ле­фон под ди­ван по­ло­жи и с дру­гим на ули­цу вый­ди, по­ка мы тут раз­го­ва­ри­вать бу­дем". С рас­ши­рен­ны­ми гла­за­ми он при­бе­жал: "Все слыш­но!".

— Класс!

— Се­рье­з­но! На от­кры­том воз­ду­хе та­кой дик­то­фон ни фи­га бы не брал — ни­кто ни­че­го услы­шать не мог бы, а сте­ны звук со­хра­ня­ют, свое­об­раз­ный ри­ко­шет от стен — за­пись слож­нее по­том рас­шиф­ро­вы­вать, но мож­но.

— Что же это бы­ло? Как пре­зи­ден­та слу­ша­ли?

— Не знаю, в кур­се вы или нет... Ког­да Мель­ни­чен­ко на со­труд­ни­чес­т­во с Ге­не­раль­ной про­ку­ра­ту­рой по­шел, она про­ве­ла пол­ное вос­про­из­ве­де­ние со­бы­тий на мес­те... В том ка­би­не­те тог­да уже Вик­тор Ба­ло­га, гла­ва Сек­ре­та­ри­а­та Пре­зи­ден­та Ющен­ко, си­дел — от­ту­да его на вре­мя эк­с­пе­ри­мен­та вы­се­ля­ли, пол­нос­тью все тех­ни­чес­ки и си­ту­а­тив­но вос­ста­но­ви­ли... Ра­бо­чее мес­то май­о­ра где-то ря­дом бы­ло, в том же зда­нии на­хо­ди­лось, толь­ко за по­во­ро­том, и сле­до­ва­тель, ко­то­рый де­ло вел, мне рас­ска­зал (ме­ня то­же мно­го раз до­пра­ши­ва­ли в Ген­про­ку­ра­ту­ре по это­му де­лу), что они след­ст­вен­ные эк­с­пе­ри­мен­ты по всем ва­ри­ан­там про­слуш­ки, и не толь­ко в ка­би­не­те, про­ве­ли. Да, там же еще что бы­ло... У Мель­ни­чен­ко, ока­зы­ва­ет­ся, выс­шее ин­же­нер­ное об­ра­зо­ва­ние... бы­ло.

— Ну, ко­неч­но, — Ки­ев­ское выс­шее ин­же­нер­ное ра­дио­тех­ни­чес­кое учи­ли­ще ПВО о­кон­чил...

— ...и в этом де­ле он ко­пен­га­ген.

— Так Ни­ко­лай же и в са­у­не яко­бы Куч­му пи­сал, и еще где-то...

— Вот на­счет са­у­ны не уве­рен — мне это труд­но пред­ста­вить, по­сколь­ку влаж­ность и тем­пе­ра­ту­ра там очень вы­со­кие, хо­тя кто его зна­ет... Ко­ро­че, как мне го­во­ри­ли, про­ку­ра­ту­ра пол­ные эк­с­пе­ри­мен­ты по всем ва­ри­ан­там про­ве­ла...


Евгений Марчук с Дмитрием Гордоном. "Дай Бог, чтобы в народе быстрее просветление произошло, потому что очень много наших бед от того, что живут люди плохо, что большинству из них некогда собой, образованием, осмыслением информации заниматься". Фото: bulvar.com.ua

Евгений Марчук с Дмитрием Гордоном. "Дай Бог, чтобы в народе быстрее просветление произошло, потому что очень много наших бед от того, что живут люди плохо, что большинству из них некогда собой, образованием, осмыслением информации заниматься". Фото: bulvar.com.ua

 

 


— ...и?..

— ...и все под­твер­ди­лось.

— Дик­то­фон под ди­ва­ном?

— И не толь­ко... Бо­лее то­го, вы же как жур­на­лист в кур­се, что лю­бой мик­ро­фон эф­фект ста­ре­ния име­ет — это с мем­б­ра­ной свя­за­но, но и от мар­ки за­ви­сит, а все это мно­го вре­ме­ни спус­тя по­сле об­на­ро­до­ва­ния за­пи­сей про­ис­хо­ди­ло, ког­да но­вая ап­па­ра­ту­ра, бо­лее ка­чес­т­вен­ная, по­яви­лась, и для чис­то­ты эк­с­пе­ри­мен­та при­шлось имен­но тот дик­то­фон ис­кать, ко­то­рый Мель­ни­чен­ко ис­поль­зо­вал, — Toshiba, ка­жет­ся. Служ­ба без­опас­нос­ти при Ле­о­ни­де Дер­ка­че их то ли 40, то ли 50 штук для опе­ра­тив­ных це­лей тог­да за­ку­пи­ла...

— ...а ока­за­лось...

— Ну, не знаю... Это, кста­ти, в уго­лов­ном де­ле дол­ж­но быть, по­то­му что, по сло­вам сле­до­ва­те­ля, они там боль­ше трех дней во­зи­лись, все ди­стан­ци­он­ные ва­ри­ан­ты опро­бо­ва­ли...

Исходя из того, что я знаю: майор Мельниченко – одиночка

— Тем не ме­нее один ваш кол­ле­га, ге­не­рал СБУ, ска­зал мне, что на са­мом де­ле все бы­ло не так...

— Да? Очень ин­те­рес­но...

— Яко­бы все пе­ре­го­во­ры в ка­би­не­те Куч­мы Служ­бой без­опас­нос­ти с ве­до­ма Ле­о­ни­да Да­ни­ло­ви­ча и по его прось­бе за­пи­сы­ва­лись...

— (Па­у­за). Не­множ­ко не так... Хо­тя час­тич­но да.

— Яко­бы за­пи­си нуж­ны бы­ли, что­бы Куч­ма не за­был, ко­му что обе­ща­ет, кто что ему го­во­рит...

— Нет, не для это­го! У ме­ня, Дмит­рий, прин­цип: ни пред­се­да­те­лей Служ­бы, ни ми­нис­т­ров обо­ро­ны я не ком­мен­ти­рую — не мо­гу, по­то­му что это кол­ле­ги, ко­то­рые до ме­ня или по­сле ра­бо­та­ли, но дей­ст­ви­тель­но один из них мне то­же рас­ска­зы­вал...

— ...на­вер­ное, тот же...

— Мо­жет, и так, не знаю. В об­щем, рас­ска­зы­вал, что...

— ...спе­ци­аль­ная ком­на­та име­лась, где ап­па­ра­ту­ра бы­ла уста­нов­ле­на...

— Я не в кур­се этих тех­но­ло­ги­чес­ких де­та­лей, но яко­бы дей­ст­ви­тель­но в са­мом на­ча­ле — но не пре­зи­дент­ско­го пе­ри­о­да Куч­мы, а ког­да этот то­ва­рищ стал с ним об­щать­ся — та­кая по­пыт­ка пред­при­ни­ма­лась. Не Ле­о­нид Да­ни­ло­вич при­чем по­про­сил, а этот то­ва­рищ ему пред­ло­жил: смот­ри­те, мож­но и так...

— ...как в Аме­ри­ке...

— Да, они так де­ла­ют, но по­том же, как мы зна­ем, "Уотер­гейт" раз­ра­зил­ся и кое-кто с пре­зи­дент­ст­ва по­ле­тел.

— Ри­чард Ник­сон...

— Это из ви­ду упус­ти­ли: мол, что тут та­ко­го? — ни­че­го страш­но­го, пусть для ис­то­рии оста­ет­ся. Не на­до — стер­ли, но так ли все бы­ло, прав­да это или нет, я точ­но не знаю.

— То есть прак­ти­ко­ва­лась ли за­пись у нас, не­из­вес­т­но?

— Мне-то об этом го­во­ри­ли, но, ес­ли чес­т­но, я с тру­дом се­бе пред­став­ляю, что­бы та­кой осто­рож­ный че­ло­век, как Куч­ма, на это со­гла­сил­ся... Он же не мог сам про­ве­рять, что за­пи­са­ли, а что нет, или, мо­жет, этот че­ло­век ис­клю­чи­тель­ным до­ве­ри­ем Пре­зи­ден­та поль­зо­вал­ся, ко­то­рый по­ру­чал ему филь­т­ро­вать, чис­тить плен­ки, по­то­му что с этим же что-то де­лать на­до. Все унич­то­жать? Но Куч­ма же пре­крас­но по­ни­мал: лю­ди есть лю­ди — кто-то от­чи­та­ет­ся, что унич­то­жил...

— ...а сам — в па­поч­ку с ком­про­ма­том...

— Это пер­вое, а во-вто­рых, ес­ли раз­го­во­ры с тво­е­го ве­до­ма за­пи­сы­ва­ют­ся, ка­кие-то тор­мо­за сра­ба­ты­ва­ют— это пси­хо­ло­ги­чес­кий мо­мент!

— А там их нет...

— А Ле­о­нид Да­ни­ло­вич тор­мо­за не лю­бил — го­во­рил, слов не вы­би­рая. Ну, это де­ло та­кое, Бог с ним, так что я эту вер­сию слы­шал...

Я ду­маю так: на ка­ком-то эта­пе та­кое мог­ло быть — ров­но до тех пор, по­ка Куч­ма не по­нял...

— ...что это про­тив не­го ра­бо­та­ет...

— ...что луч­ше не на­до.

— Сле­ду­ю­щий во­прос. Один из са­мых близ­ких к Куч­ме лю­дей ска­зал мне, что по­сле ря­да вы­ска­зы­ва­ний, ко­то­рые босс в ка­би­не­те се­бе по­зво­лял, по­со­ве­то­вал ему не­на­вяз­чи­во: "Ле­о­нид Да­ни­ло­вич, ну отой­ди ты к ок­ну, впол­го­ло­са го­во­ри... Нель­зя же так — это бес­печ­ность!". Тот в от­вет от­мах­нул­ся: "Да пе­ре­стань — ес­ли что, хлоп­цы при­кро­ют". Вы Куч­му хо­ро­шо зна­ли — он дей­ст­ви­тель­но бес­пе­чен был и ве­рил, что "хлоп­цы прик­ро­ют"?

— Нет, не ду­маю, во вся­ком слу­чае, в той ме­ре, в ко­то­рой его знаю... Он же на "Бай­ко­ну­ре" ра­бо­тал, был ди­рек­то­ром та­ко­го ги­гант­ско­го ре­жим­но­го объек­та, как "Южмаш", во­про­сы сек­рет­нос­ти и во­об­ще ре­жи­ма за­щи­ты ин­фор­ма­ции ему бы­ли хо­ро­шо из­вест­ны. Он как тех­нарь по­ни­мал, что, ес­ли, как го­во­рит­ся, очень на­до, прак­ти­чес­ки ни­че­го не­воз­мож­но­го нет.

...Вряд ли он ни­че­го не бо­ял­ся. Знаю точ­но, что уже пе­ред вто­рым пре­зи­дент­ст­вом — а са­мые кри­зис­ные ве­щи имен­но тог­да на­ча­лись! — по его ко­ман­де ре­ви­зия ка­би­не­та про­во­ди­лась и вро­де еще ком­на­ты, где с не­сколь­ки­ми людь­ми он обе­дал, тра­ди­ци­он­но обе­ден­ный пе­ре­рыв для со­ве­ща­ний ис­поль­зуя. Я, по­вто­ряю, не ду­маю, что Ле­о­нид Да­ни­ло­вич та­ким уж бес­печ­ным был, но он тог­да пол­нос­тью на Служ­бу без­опас­нос­ти по­ла­гал­ся: мол, где-где, а в ка­би­не­те... Был аб­со­лют­но уве­рен, что...

— ...при­кро­ют!

— Ну дей­ст­ви­тель­но, не­уже­ли Ле­о­нид Дер­кач как пред­се­да­тель Служ­бы, а тем бо­лее зем­ляк и во­об­ще очень близ­кий че­ло­век, за­щи­ту не обес­пе­чит? А ока­зы­ва­ет­ся, Мель­ни­чен­ко при­ме­нил са­мый про­стой при­ем про­слуш­ки и са­мый про­стой при­ем за­но­са в ка­би­нет за­пи­сы­ва­ю­щих устройств..

— Ко­му же тог­да во­об­ще ве­рить?

— Зна­е­те, я то­же не по­ве­рил, ког­да Мель­ни­чен­ко на ме­ня впер­вые вы­шел и пред­ло­жил про­слу­шать за­пись Куч­мы с Дер­ка­чом о том, ка­кие СБУ про­во­дит про­тив ме­ня ме­ро­при­я­тия во вре­мя вы­бо­ров, как Дер­кач ци­ти­ру­ет Куч­ме мои при­ват­ные те­ле­фон­ные пе­ре­го­во­ры, что пла­ни­ру­ют на бли­жай­шее вре­мя, и мно­гое дру­гое. А ведь я тог­да был уже вто­рой раз на­род­ным де­пу­та­том, с им­му­ни­те­том, пред­се­да­те­лем пар­ла­мент­ско­го Ко­ми­те­та по со­ци­аль­ной по­ли­ти­ке и тру­ду и, как все кан­ди­да­ты в пре­зи­ден­ты, был охра­ня­е­мым ли­цом, про­тив ме­ня не бы­ло воз­буж­де­но ни­ка­ких уго­лов­ных дел. И не ду­маю, что ка­кой-то суд да­вал сан­к­цию на про­ве­де­ние про­тив ме­ня та­ких спец­ме­роп­ри­я­тий. То есть в ка­би­не­те пре­зи­ден­та на­ру­ша­лось сра­зу не­сколь­ко ста­тей Уго­лов­но­го ко­дек­са, да еще и по груп­по­вым пре­ступ­ле­ни­ям, да еще и по пред­ва­ри­тель­но­му сго­во­ру, да еще и с ис­поль­зо­ва­ни­ем слу­жеб­но­го по­ло­же­ния. И не толь­ко про­тив ме­ня, как по­том ока­за­лось. Я вна­ча­ле по­ду­мал, что это ка­кая-то но­вая бо­лее слож­ная про­во­ка­ция. Но точ­ность об­суж­дав­ших­ся во­про­сов и фа­бу­ла не­ко­то­рых ак­ций бы­ли стопроцентно дос­то­вер­ными. Кста­ти, к мо­мен­ту мо­ей пер­вой встре­чи с Мель­ни­чен­ко он уже поч­ти год слу­шал ка­би­нет пре­зи­ден­та Куч­мы. Это он под­твер­дил и при до­про­се, и при оч­ной став­ке.

Чес­т­но ска­жу, я вна­ча­ле то­же не по­ве­рил, что он мог де­лать это сам. Дол­го не ве­ри­ли и в след­ст­вен­ных ор­га­нах, до тех пор по­ка не был про­ве­ден фун­да­мен­таль­ный след­ст­вен­ный эк­с­пе­ри­мент. И ка­жет­ся, не один раз. Это как в шах­ма­тах: грос­смей­с­те­ру очень труд­но иг­рать с лю­би­те­лем, прав­да, пер­вые две-три ми­ну­ты.

— Вы ве­ри­те, что май­ор Мель­ни­чен­ко — оди­ноч­ка, или за ним все-та­ки спец­служ­ба сто­я­ла?

— Исхо­дя из то­го, что я знаю: он оди­ноч­ка.

— Все-та­ки?

— Ну, су­дя по то­му, что он, как мне рас­ска­зы­ва­ли, во вре­мя эк­с­пе­ри­мен­та про­де­мон­ст­ри­ро­вал, ско­рее все­го, да. Ско­рее все­го, Мель­ни­чен­ко ка­кой-то пси­хо­ло­ги­чес­кий по­рог пе­ре­сту­пил, чув­ст­во опас­нос­ти от­бро­сил, по­то­му что, в прин­ци­пе, все это...

— ...страш­но, прав­да?

— Да, для не­го это бы­ло очень опас­но, фи­зи­чес­ки опас­но — не го­во­ря уже о том, что под­слу­ши­вать ко­го бы то ни бы­ло, а тем бо­лее ка­би­нет Пре­зи­ден­та, во­об­ще-то, не­хо­ро­шо. Прав­да, ес­ли там не об­суж­да­ют­ся и не пла­ни­ру­ют­ся гре­хов­ные, тем бо­лее пре­ступ­ные де­ла. Ма­ло кто при­выч­ные за­пре­ты от­мес­ти спо­со­бен, ка­кую-то эво­лю­цию пе­ре­жить и на­чать та­ким де­лом за­ни­мать­ся. Впро­чем, его по­яс­не­ние есть: май­ор, ка­жет­ся, вам в ин­тер­вью объяснял, как до этого дозрел.

Он и мне кое-что рас­ска­зы­вал, ког­да у нас с ним оч­ная став­ка в про­ку­ра­ту­ре бы­ла — там же и ме­ня мно­го­крат­но до­пра­ши­ва­ли, и его: ну и дру­гих, ко­неч­но. Кста­ти, сле­до­ва­тель очень уди­вил­ся, ког­да при мо­ем до­про­се спро­сил: "А вот ес­ли сей­час оч­ную став­ку мы про­ве­дем?", и я со­гла­сил­ся: "Да­вай­те, хоть сей­час!". Он ду­мал, что я не со­гла­шусь. В ре­зуль­та­те дос­та­точ­но мно­го тог­да про­яс­ни­лось.

Мы-то с май­о­ром с то­го вре­ме­ни зна­ко­мы, ког­да он мне ин­фор­ма­цию на­чал пе­ре­да­вать, но не всю под­ряд, а толь­ко ту, что ме­ня ка­са­лась. В час­т­нос­ти, со­об­щал о том, ка­кие про­во­ка­ции мне и мо­е­му сы­ну го­то­ви­лись, ка­кие ука­за­ния да­ва­лись на­счет тех лю­дей, кто во вре­мя пред­вы­бор­ной кам­па­нии ме­ня под­дер­жал: на­при­мер, Дав­тя­на раз­гро­мить — харь­ков­ско­го биз­нес­ме­на, ко­то­рый под об­лас­т­ной штаб нам зда­ние дал. Пе­ред мо­ей по­ез­д­кой на встре­чу с из­би­ра­те­ля­ми в Лу­ганск Мель­ни­чен­ко пред­у­преж­дал, что во вре­мя мо­е­го вы­ступ­ле­ния взрыв или его ими­та­ция мо­жет про­изой­ти. По­том это точ­но под­твер­ди­лось... Это все, кста­ти, к вопросу о мо­раль­нос­ти или амо­раль­нос­ти под­слу­ши­ва­ния та­ко­го ка­би­не­та.

(Продолжение последует) 

Гордон


Теги статьи: Мельниченко НиколайПукачГонгадзеМарчук Евгений

Дата и время 08 сентября 2015 г., 10:36     Просмотры Просмотров: 5866
Комментарии Комментарии: 0

Похожие статьи

Уши горели. Я прослушал записи разговоров Кучмы и Порошенко, уже только по тому что он говорил, он не имеет права быть президентом, — Омельченко
В новый Верховный суд прошли судьи, отпустившие Пукача и посадившие Луценко
Мне бы хватило максимум 3-4 месяцев, чтобы в Украине забыли о "ворах в законе"

Не доходит? Европа уже в который раз потребовала раскрыть убийство Гонгадзе
Тарас Чорновіл: Я не звинувачую Кучму у вбивстві мого батька особисто
Вбивство за правду. Журналісти, яких втратила незалежна Україна

Алексей Мочанов: вошёл, прошёл все сталии и круги ада, боролся и обещал, обещал и боролся
Дело Гонгадзе: украинцев возмутил противоречивый поступок Луценко
Заказчиков - за решетку: Мирослава Гонгадзе смело обратилась к украинской власти

Юрий Касьянов о Порошенко: Он такой же «патриот» нашей страны, как и Пинчук. Для них патриотизм там, где есть выгода
На Майдане почтили память Гонгадзе
Украине нужен независимый от президентов суд, чтобы судить таких как Кучма и Порошенко

Комментарии:

comments powered by Disqus
11 декабря 2017 г.
loading...
Загрузка...

Наши опросы

На чьей вы стороне в событиях под Радой?







Показать результаты опроса
Показать все опросы на сайте
0.056354