АНТИКОР — национальный антикоррупционный портал
Киев: 1°C
Харьков: 1°C
Днепр: 2°C
Одесса: 4°C
Чернигов: 1°C
Сумы: 0°C
Львов: 2°C
Ужгород: 2°C
Луцк: 2°C
Ровно: 2°C

Плевок в спину, Или «Почему я больше не хочу защищать Украину»

Плевок в спину, Или «Почему я больше не хочу защищать Украину»
Плевок в спину, Или «Почему я больше не хочу защищать Украину»

Речь пойдет о несоответствии наказания тяжести преступления — неадекватной реакции правооохранительных органов на проявления сепаратизма, и чрезмерной «придирчивости» к добровольцам.

Один из них попытался задержать палача из «ЛНР», и отсидел 7 месяцев за расстрел линолеума. Второй спас 40 подчиненных, отказавшись выполнить преступный приказ, за что показательно наказан. Третий подрался с сепаратистами. Легкие телесные повреждения получили обе стороны, но преследуют только бойца. И самое печальное: это совершенно стандартные истории.

Военная прокуратура на стороне рецидивистов-сепаратистов

«Здесь нет, и никогда не было Украины, зря вы сюда пришли», – такие слова часто слышат украинские военнослужащие в Краматорске. Плевок в спину на форму, плевок под ноги, оскорбление в общественном транспорте – это почти обычное явление в этом прифронтовом городе, где местная власть терпима к преступлениям против Украины.

Военные тоже как будто привыкли. Им, к примеру, советует начальство: по гражданским делам не нужно появляться в городе в военной форме. В отличие от того же Мариуполя — в Краматорске есть указание не трогать местных жителей, чтобы они там не творили, как бы не оскорбляли армию. Хотя по городу висят плакаты об ответственности за бытовой сепаратизм и телефоны СБУ указаны на огромных баннерах. В итоге не стоит удивляться, что на проукраинские акции приходит 500 человек, а на концерт, где нардеп от БПП Максим Ефимов раздает браслеты-триколоры — 5000 местных.

Но когда-нибудь, однажды, непременно достигается точка кипения. После которой происходит взрыв эмоций — терпеть унижение бесконечно невозможно. Вероятно, взрыв эмоций случился и с харьковчанином Александром Ружанским.

Боец поздним вечером в гражданской одежде сидел за столиком в парке — в 50 метрах от зонального отдела военной службы правопорядка, где он проходил службу, и недалеко от Краматорского горотдела МВД. Подошли двое. Спросили разрешения присесть. Боец не возражал. Но уже через несколько минут завязалась драка. Противников двое, боец один.

Александру Ружанскому под 50. Раньше работал следователем районной прокуратуры в Харькове, потом занимался бизнесом, пошел на фронт добровольцем, оставив дома жену и двоих маленьких детей. Обнаружено в крови 0,4 промилле алкоголя (что соответствует бутылке пива). Его «оппоненты» вдвое моложе и выше ростом. Один из краматорчан – наркоман, 2-жды судим. У второго в момент драки была алкогольная интоксикация. Закончилась это тем, что Ружанский выстрелил одному из зачинщиков в живот из собственного травматического пистолета.

Разбирать – кто виноват в драке – дело пустое. Но, видимо, у военной прокуратуры в Краматорске нет дел большей важности. Потому сегодня доброволец подозревается по ч. 4 ст. 296 («Хулиганство с применением оружия» — до 7 лет тюрьмы).

- Вы же знали настроения краматорчан – зачем связались с пьяными? – интересуюсь у бойца.

- Им не понравилось, что я украинский солдат и нахожусь в Краматорске: «Что ты делаешь на нашей земле? Тут никогда не было Украины». Объяснять, что Донецкая область – территория Украины – бесполезно, слишком сложно для них. «Мы тебя загоним», и удар по голове. Раньше из Славянска был похищен офицер, который потом оказался в «ДНР». Было убийство военнослужащего в Константиновке. Мы никогда практически и не покидали ВСП. Но я не мог представить, что такое может происходить в двух шагах практически от нашего места дислокации.

- В подозрении говорится, что вы – инициатор, вышли с оружием, и давай учить уму-разуму прохожих.

- И еще я выражал явное неуважение к обществу! Как это возможно? - с обидой говорит Ружанский. – Я был вынужден выстрелить, меня сбили с ног, повалили. Потом я нашел в соцсетях антиукраинские страницы нападавших. Там сплошной антимайдан и антиукраинская пропаганда. На коллаже с верховной Радой и флагом РФ над парламентом надпись: «Никогда мы не будем братьями, все закончится, су**, взятием». С аккаунта сепаратиста бьет ключом «любовь» к Порошенко. Данная ситуация для военной прокуратуры вообще приобретает идиотский характер: она защищает человека, который обмазывает дерьмом их самого большого начальника и руководителя вертикали власти. В чью структуру входит и военная прокуратура. И когда я спрашиваю: «Почему вы не разбираетесь с сепаратистами?», следователь Дмитрий Зархин мне отвечает: «А мы не знаем — сепаратисты они или нет». Об убеждениях самого Зархина можно сказать немногое, но он лайкает видео «Оплота», лайкает заявления лидера сепаратистов Евгения Жилина. Они были товарищами.

- Откуда вы знаете?

- Следователь харьковчанин, и я харьковчанин. Харьков город маленький. Рассказали работники правоохранительных органов.

- Как можно объяснить, что украинская прокуратура защищает сепаратистов, а не бывшего коллегу, не украинского военного?

- Я считаю, что сам факт нападения на меня из сепаратистских побуждений являет собой проявление сепаратизма – ведь у них ко мне не было претензий личного характера, а только претензии, как к военнослужащему украинской армии. И я считаю, что за призывы к свержению власти в соцсетях надо жестко наказывать, но военная прократура сил АТО — на мой взгляд – это такая специфическая организация, где собрались люди, которые, по-моему, вообще служить не должны. Почему? Потому, что у всех работников прокуратуры сейчас тесты, они учат уроки, а у этих – индульгенция, уверенность, что их место работы у них не отнимут, переаттестация не грозит. Они присутствуют в краматорском ресторане «Родина», пока их коллеги сидят за учебниками… У Зархина большая, видимо, зарплата, раз есть айфон, джип, и деньги на бензин, чтобы мотаться из Харькова в Краматорск на работу… И вот у него статус участника АТО. Мне — после Харькова, где с сепаратистами поступают жестко, кажется диким, что никто не стал заниматься этими сепаратистами, несмотря на антигосударственную пропаганду в соцсетях. Вместо этого меня собираются взять под стражу. Я вижу разные уловки и нарушения УПК – манипулируя повестками, следователь создает у суда представление, что я прячусь от следствия. И еще одна мерзкая деталь. Меня хотят закрыть именно в Краматорске, так как я являюсь бывшим работником правоохранительных органов, а один из «потерпевших» ранее судим. Теперь представьте ситуацию, когда я оказываюсь в камере, в сепаратистски настроенном городе и среди уголовников. Думаю, у вас даже воображения не хватит представить… 

Один из «потерпевших», фото МВД:

 

7 месяцев тюрьмы для добровольца за расстрелянный линолеум

Волонтер Леонид Алпатов в прошлом доброволец АТО и пленник террористов. Леонид помогает украинской армии, но с недавних пор у него появилась новая отрасль – теперь еще он возит провизию бывшим боевым товарищам в Старобельский следственный изолятор Луганской области, где сидят его боевые побратимы. Один из этих арестанов — Андрей Штефан - благодаря волонтерам, получил трость с подлокотником. Этот боец — инвалид-ампутант 2 группы с больным сердцем, для его содержания должны быть созданы особые условия, но их, разумеется, нет…

Сам Леня Алпатов тоже отсидел 7 месяцев в тюрьме по надуманным обвинениям.

 

Алпатов слева на фото – жмет руку товарищу (Леня уже на воле):

Алпатов ушел на фронт добровольцем как только вырвался из плена — 14 мая 2014 года. И воевал пока не посадили – то есть, до 29 ноября 2014 года. Северодонецкий судья Игорь Юзефович не отпустил Алпатова на поруки, хотя за него просили пятеро народных депутатов. В итоге суд признал Леню виновным, но приговорил к условному сроку. Так, спустя 7 месяцев, Алпатов все-таки вышел на волю.

Что же он натворил?

Леонид Алпатов до начала «русской весны» был первым замом главы исполкома партии «Удар» Луганской области, один из организаторов местного евромайдана. 3 мая 2014 года его выкрали у дома, ударив арматурой по голове. Надели наручники и бросили в «пыточную» в захваченном здании СБУ. Другу, который был рядом во время похищения, надавали по голове так, что думали – умер, но врачи «откачали».

В СБУ он попал в подразделение «Лешего» (некто Алексей Павлов, главарь банды с позывным Леший, житель Стаханова) . Интересно, что этого Лешего Алпатов раньше не раз встречал в Стаханове и даже здоровался. В прошлом бандит был «казаком», возглавлял местные казаческие организации, и казался обычным необразованным пэтэушником.

«Первым делом этот тип с 7 классами образования спросил: «Где мои отряды «Правого сектора», — вспоминает Алпатов. - Дальше был известный набор: наручники, битье палками, ногами, арматурой, прикладами, битами. Пытали током. А рядом в тот момент находилось человек 8, и один из них бил меня по стопе прикладом раз 20 подряд. По сей день я просыпаюсь среди ночи от того, что болит стопа левой ноги. Она вся была в трещинах».

Когда Алпатов вышел и плена, все были удивлены его виду — потому что раньше не видели, чтобы тело представляло сплошную синюю гематому.

«Я провел в плену 9 дней и думаю, что пытки у них – не только элемент допроса, это и удовольствие, и элемент распорядка. Кто хочет, тот и спускается в подвал. Когда я попал в плен, это было самое беспредельное время -как раз после событий в Одессе, в доме профсоюза – когда они были уверены, что «Правый сектор» сжег любителей русского мира. Завели в здание СБУ, посадили на стул – у меня пробита голова, течет кровь – на голове пакет, ничего не вижу. «Ну что, правосек, допрыгался? Сожжем тебя, как наших сожгли в Одессе». Во 2 день плена, когда мои близкие поняли, что я нахожусь в здании СБУ, и моя мама пришла общаться с Болотовым (принесла документы, что я «ударовец», а не «правосек»), пытки стали еще хуже. Мое избиение реально продолжалось 6 часов, я терял сознание, а когда приходил в себя, слышал, что я проник в плен с целью разведки. В соседнем помещении содержали 2 иностранных студентов из арабских стран, им вменяли, что они иностранные шпионы – и их расстреляли. Я слышал по рассказам боевиков, что постоянно кого-то расстреливали, и не надеялся выжить. Руководил ими россиянин Святослав, который «приехал помогать братскому народу».

После первых, самых страшных дней, боевики, видимо, поняли, что никакой ценной информации от пленника не получат, и начали ждать выкуп. А пока его отправили на работу в кухню. Хотя на ночь возвращали в подвал – в СБУшный тир.

«Костя в камуфляже был первым, кого я увидел и узнал по голосу (когда с меня сняли повязку). Когда пытали током — делал это этот Костя, без всяких эмоций – вошел, включил в розетку вилку и к моему животу прикоснулся. Этот Костя отвел меня на кухню и сказал: «Тебя не убьют». По дороге на кухню я видел баррикады из сейфов, снайперские и пулеметные точки, видел противозенитные ручные комплексы с маркировкой РФ. На кухне чистил картошку, выносил отходы, таскал тяжести, а женщины мне объясняли, что быть фашистом нехорошо. Запомнилось, как женщина Женя сказал: «Я – за умных людей, я за Путина». Однажды сижу с забинтованной головой в тире, после работы в кухне, приходят парни в форме. «Правосек, у нас плановые стрельбы — становись на полосу». Посадили и стали стрелять по мишеням. Тогда одна секунда мне показалась вечностью, но я думаю, что это длилось полчаса. Мне пришлось сказать, что я теперь поддерживаю их движение — у меня не было выбора. А они были уверены, что победа у них в кармане: близился референдум, и «ЛНРовцы» мечтали, как победят фашизм и дойдут до Вашингтона».

Плен закончился после того, как родители Алпатова заплатили «ЛНРовцам» выкуп — 10 тысяч долларов. Главарь террористов Болотов, получая деньги, объяснил, что они пойдут «на нужды революции». Так же, как карманные деньги, часы и цепочка с крестом, которые бандиты украли у Лени при задержании.

Вскоре Алпатов уже был на тренировочной базе батальона «Днепр-1» и немного позднее — воевал в составе батальона «Луганск-1». Был в группе по освобождению Северодонецка, Лисичанска, освобождал Первомайский район.

«Когда уже был подписан первый Минский договор, наш батальон стоял в городе Северодонецке, и мы уже занимались тем, что дежурили на блокпостах. На одном из выходных я пошел в «Шале» (заведение в Северодонецке). Табельное оружие мы не носили с собой, так как город был условно мирным, — Леонид Алпатов переходит к рассказу о том, как он стал заключенным украинской тюрьмы.

С собой у него был стартовый пистолет, так как многие недалекие жители Северодонецка продолжают ждать прихода «русского мира», да и сами «ЛНРовы» называют его столицей сепаратизма. В северодонецком кафе «Шале», на территории, подконтрольной Украине, Алпатов и встретил одного из тех палачей, которые над ним издевались в Луганске…

«Это был тот, который бил меня прикладом — он кому-то громко рассказывал, как они скоро всех победят. Я подошел и сказал: «Какая встреча! Можно ваши документы?». Он узнал – был виден испуг, но с ним были мужчины и женщины. Я показал удостоверение сотрудника милиции и потребовал представиться. А он ответил: «Не долго вам осталось, ***ные укропы». Я позвонил на 102 и сказал: «Я ваш сотрудник из Луганск-1», помогите задержать террориста, а в ответ было сказано: «Не выдумывай, сами разбирайтесь». Понял, что за поясом у него есть какое-то оружие – что-то было под одеждой, и я достал стартовый пистолет, сказав, что буду стрелять. Выстрелил в пол, но не смог задержать, он ушел».

Искать сбежавшего террориста никто не пытался, а Алпатова обвинили в нарушении общественного порядка. Своим выстрелом он повредил 12 метров линолеумного покрытия, и хотя хозяин кафе отказался от претензий, спустя 2 месяца после инцидента, на Алапатова завели дело.

Леонида Алпатова осудили по той же статье, что и Ружанского. В камере он познакомился еще с одним «злостным хулиганом» из бт «Донбасс». Тот избил таксиста за такие слова: «Жалко, что не все ваши в Иловайске сдохли». И так же, как и Алпатов, боец «Донбасса» получил условный срок.

Отсидев 7 месяцев, Леонид вышел и больше воевать не хочет.

«28 мая 2015 года, заслушав приговор, я понял, что не хочу защищать государство, которое с грязью смешивает своих защитников», — говорит Алпатов.

Судья приезжает из «ДНРовской» Горловки, чтобы судить «проклятых бендеровцев»

Наша третья история будет совсем короткой. Игорь Глущук, боец ВСУ, командовал подразделением в Дебальцево. Ему дали приказ, который он не смог выполнить — повести рядовых в качестве мяса на никому не нужную позицию, в добавок еще и без боекомплекта. Глущука тоже сделали уголовником. Статуса участника АТО у него нет, а судимость есть.

Игорь с особым возмущением вспоминает, что следователь военной прокуратуры вымогал деньги, чтобы “решить вопрос”, но у бойца ни гроша, он из бедной крестьянской семьи. Приговор, который получил Глущук: 6,5 лет — с отсрочкой.

А судила бойца дама, которая на работу (в городской суд Артемовска) приезжала с… оккупированной территории. Она живет в соседнем с Артемовском городе — в “ДНРовской” Горловке!

Уважаемые читатели могут себе представить, чтобы «ополченцы» из «ДНР» ежедневно пропускали через свои блокпосты идейно чуждую судью? Очевидно, что для террористов эта особа идейным врагом не является, учитывая, что так называемое «МГБ ДНР» ею до сих пор не заинтересовалось и в плен не берет.

Леонид Алпатов вспоминает, как его судья расхваливал во время заседаний жизнь, которая была в СССР. И он уверен, что симпатии большинства судей Донецкой и Луганской областей не на стороне борцов за территориальную целостность Украины.

Впрочем, разве дело только в судьях из Донбасса? Маятник истории качнулся в обратную сторону, превратив вчерашних героев в членов ОПГ. То, что преподносилось Верховным главнокомандующим обществу, как проявление отваги, теперь трактуется, как тяжкие и особо тяжкие преступления. На что правосудие смотрело сквозь пальцы, теперь преследуется беспощадно. Стоит спросить у правозащитников, и вы узнаете уйму похожих фактов. Да вот и сам, к примеру, правозащитник Юрий Гуков, бывший «айдаровец» и журналист, член Харьковской правозащитной группы, вырванный из тюрьмы стараниями общественности, превратился в уголовника, благодаря пресловутому «списку Москаля».

Этот государственный чиновник, нарушив презумпцию невиновности, сгоряча причислил Гукова к разбойникам за попытку арестовать активного строителя “Новороссии” еще в июне 2014. А знаменитая Оксана Царевич (судья, которая сама должна бы посидеть на нарах за вынесение заведомо неправосудных решений) оформила Гукову путевку в места не столь отдаленные…

Такова «благодарность» Украины ее патриотам. Еще один «успех Майдана». И возможность свести счеты для осколков старой власти из числа судей, милиции и прокуроров.

Татьяна Заровная, «ОРД»


Теги статьи: Добровольцы

Дата и время 04 октября 2015 г., 10:52     Просмотры Просмотров: 7099
Комментарии Комментарии: 0


Похожие статьи

Тероборона. Как создать асимметричный потенциал противостояния врагу
Семенченко: «Нам уже пора возвращаться и браться за всех вас всерьез. Ждите!»
Бой за Карин Так глазами армянского добровольца

В Киеве умер воин-доброволец ВСУ
Американского добровольца, воевавшего на Донбассе, решили экстрадировать
Зеленский не только «беркутовцев», он бы и ветеранов с добровольческих батальонов отдал Путину, потому что они для него чужие, – блогер

Волонтер: Порошенко боялся добровольческого движения, а Зеленский не осознает их возможностей
Медика-добровольца не пустили в зал ожидания на киевском вокзале: в сети волна возмущения
Хватит 5-7 минут: раскрыта циничная правда об оружии на Донбассе

Депутат Юрий Береза должен предстать перед судом за мародерство – эксперт
Генерал Муженко демонстративно оскорбил добровольцев
В СБУ назвали фейком видео с разоружением националистов на Донбассе

Комментарии:

comments powered by Disqus
27 февраля 2021 г.
loading...
Загрузка...

Наши опросы

Поддерживаете ли вы санкции против телеканалов Виктора Медведчука?







Показать результаты опроса
Показать все опросы на сайте
0.144659